Angel's Friends ● Друзья Ангелов

Объявление


Многие не понимают, как правильно ставить переходы. Что ж, идем учиться


У нас сменилось оформление! Тематику "Angel's Friends" представляют персонажи в версии изначального комикса. Кроме того, почищены баннеры мертвых форумов и мертвые партнеры.


Владельцам нескольких персонажей необходимо в обязательном порядке уведомлять об этом администрацию!


Администраторы: Кимини, Амель
Модераторы: Мефисто.




Среда, день.

Достаем теплые вещички, на улице -9. Winter is coming...

Надеюсь, что после Турнира все отписались и получили свои силы. Учёбы и работы с подопечными пока нет. Но будем рады вашей помощи в организации.
В игру по-прежнему требуются учителя.

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Angel's Friends ● Друзья Ангелов » Фанфики » Ах, если бы мечта сбылась!


Ах, если бы мечта сбылась!

Сообщений 1 страница 13 из 13

1

Автор: Санди ака Владлена
Фэндом: Друзья Ангелов
Персонажи: Фабиана, ее подруги, Помощники и все остальные
Рейтинг: PG-13
Жанры: Джен, Романтика, Фэнтези, Повседневность
Размер: планируется Мини
Описание: Фабиана - первая красавица школы, умеющая привлечь к себе внимание... но это, увы, единственное ее достоинство и умение. Пока что в жизни только непонимание семьи, неудачи в школе, вредность и соперничество даже самых близких подруг - и сплошные разочарования в одном своем увлечении за другим. Ни одни из встреченных парней так и не стал тем принцем, что забрал бы Фиби в другую прекрасную жизнь, о которой она мечтает! Что уж тут изменит школьная поездка на развалины старого замка?
Примечания автора:Второй вбоквел. Сюжетно не связан ни с "Вертушкой", ни с первым "Что на зеркало пенять", разве что мелкие факты "общего мира".

http://s3.uploads.ru/7daM0.jpg
http://s2.uploads.ru/qhEji.jpg

+1

2

Часть 1
Ночь таяла, превратившись сначала в серые, а потом и в совершенно прозрачные утренние сумерки, когда вокруг все уже совсем светло, хотя солнце еще не успело подняться над горами, заиграть золотистыми бликами по окнам небоскребов в центре и волнам невидимого за этими городскими кварталами моря. Для тех, кто живет в роскошных особняках у самого побережья или хотя бы в квартирах-пентхаусах, будто бы парящих над городом, открывая во все стороны вид на горы, море и такое безбрежное небо – там утро наступало раньше и, должно быть, гораздо ярче… Фабиана часто представляла себе эти головокружительные картины, хотя знать точно этого, конечно, не могла. Из ее собственной спальни – убогой комнатушки на втором этаже крошечного дома, почти весь первый этаж занимал торговый зал и хозяйственные помещения принадлежащего родителям магазинчика, а на втором и получердачном третьем ютилась вся их семья. Семья, которая вполне могла бы жить и в лучших условиях, если бы родители хоть немного задавались такой целью!
       Бывать в парящих над городом пентхаусах и шикарных особняках Фабиане доводилось. В первом снимал комнату в прошлом году ученик по обмену, который пару раз приглашал Фиби в гости – апартаменты были почти пустынны, только выбивался из минимализма белый рояль, на котором Инопланетянин вдохновенно играл что-то красивое и старомодное, название которого девушка тогда пропустила мимо ушей, а вокруг расстилалось за прозрачными стенами яркое безбрежное небо. К ее сожалению, воспитание и жизненные взгляды Инопланетянина не предполагали того, чтобы предложить красивой однокласснице что-то помимо музыки и помощи или помощи с учебой, так что остаться там достаточно надолго, чтобы встретить в этом небе рассвет, у Фабианы не было ни малейших шансов. Странный он был… как есть, Инопланетянин или небожитель – Фиби до сих пор тосковала из-за того, что программа обмена закончилась и им пришлось попрощаться, так и не перешагнув черту бытовой любезности. В особняках доводилось бывать на вечеринках, что устраивали в прошлом году вредные богачки-двойняшки, а в этом – еще более невыносимо заносчивый, но хотя бы симпатичный блондинчик Мирко. Рассвет встретить шанс был разве что в том непонятно чьем особняке-аттракционе на Хэллоуин, да, к сожалению, все почему-то отрубились едва за полночь и проснулись только когда уже рассвело – хоть школьников уж точно не угощали ничем таким, что могло бы так сшибить с ног. Но Фабиана не желала верить, что тот упущенный шанс был для нее единственным!
       В переулок, где стоял их дом, утро заглядывало с запозданием. И приходило не небесным светом – полосы неба между крышами домов освещали улочку, когда солнце уже поднималось достаточно высоко – а топотом и бормотанием прохожих под окнами, да шумом вставших родителей, готовящих внизу торговый зал к открытию. Фабиана вставала почти на час раньше остальной семьи – и, пусть утро в этом домишке и было сплошным разочарованием, но этот час, по крайней мере, был единственным, когда ее никто не доставал!
       Многие думают, будто быть красивой – это что-то, что просто присуще некоторым людям само по себе, что-то, с чем просто везет родиться, а оттого изображают порой даже пренебрежение. Конечно, Фиби не была бы не просто красавицей, а самой красивой девушкой в школе, а может, и во всем их городке, если бы не получила от природы определенных данных, но не была бы и довольствуйся она только лишь ими, как все те лентяйки, которым хватает быть довольно миловидными, если для этого не приходится прилагать усилий! Пусть многие язвительно тянули, что красивая внешность была единственным достоинством, что вообще было у Фабианы, не исключено даже, что это истинная правда, но тем более понятным было желание девушки достичь совершенства в том, чем она действительно могла гордиться. И утренний ритуал гимнастики, душа, бережного ухода за лицом и волосами, прежде чем принарядиться, накраситься и уложить золотые локоны в изящном кажущемся беспорядке, были лишь малой толикой постоянной старательной работы над собой. Пусть для этого приходилось не только жертвовать часом–полутора утреннего сна, но и периодически отражать нападки то отца, недовольного тем, что старшая дочь не желает помогать с магазином, как это уже делали средние сестра и брат, матери, бесконечно ворчащей, что «чем краситься, будто кукла», Фабиане следовало бы научиться готовить и вести хозяйство, да терпеть хихиканье мелких за завтраком. Да Фиби еще в двенадцать лет твердо решила, что, как бы ни повернулась к ней судьба, а повторять жизнь матери, стоя за прилавком с помидорами и возясь с оравой детей до конца жизни в этой дыре не станет ни за что! Мама ведь тоже отличалась редкой красотой в юности и даже сохранила определенную миловидность сейчас – неухоженная, располневшая и рано постаревшая от добровольно сваленных себе на плечи трудностей. Зачем ей когда-то было соглашаться на брак с отцом – выходцем из деревни, торгующим в городке всем, что его многочисленная родня выращивала на своих землях? Зачем заводить второго, третьего, четвертого детей, живя в таких стесненных условиях… втроем им, наверное, было бы еще вполне сносно! Зачем… может, у матери и были свои причины, но Фабиана в каждой попытке втолкнуть себя за прилавок, свалить работу по дому, в каждом ворчании отца видела попытку поставить на своей жизни крест. Не собирается она вовлекаться в торговлю помидорами – зачем, если надолго в этом домишке задерживаться не планирует!
       Закончив приводить себя в порядок и одевшись, девушка вышла на кухню и, кисло поздоровавшись с уже рассевшимся за столом семейством, прошла мимо них к холодильнику. Она сильнее всего была похожа на мать – на ту, конечно, какой та была – братья и сестра больше пошли в отца и смуглыми, словно круглый год загорелыми, простоватыми лицами, и крепостью сложения. Иногда Фиби воображала, что, возможно, у матери был в юности роман с кем-то… кем-то более располагающим к роману, чем отец – и, быть может, она сама была в таком случае дочерью трагически погибшего или коварно бросившего маму – но в любом случае НЕОБЫЧНОГО человека? Хотя, учитывая, когда родители поженились – это был просто мелодраматический домысел!
       Фабиана вынула из холодильника свой завтрак и примостилась в края стола на тесной кухоньке, привычно пропуская мимо ушей ворчание родителей, хихиканье и возню младших.
       Вырваться отсюда…
       О высшем образовании думать вряд ли приходилось. Может быть, выдели Фиби на учебу чуть больше времени и сил, результаты были бы лучше… да, хотя бы, чтобы не остаться на второй год, это было вполне в ее силах, но не то достижение, что усилий бы стоило. А большего ждать не приходилось, пусть Инопланетянину почти удалось заинтересовать девушку всякой гуманитарной премудростью – как только он уехал, все это тут же перестало иметь значение. Как бы ни был хорош этот парень, когда улетают, даже не пообещав вернуться – не тот случай, чтобы хранить верность электронной переписке…
       Иногда, в моменты, когда Фабиана чувствовала себя совсем одинокой и почти отчаявшейся, она отвечала на его письма, но и не более того… Может быть, выскажи неземной красавчик хоть какую-то заинтересованность, она и постаралась бы подстроиться, но нет, явно проявляя симпатию он, однако, всячески избегал даже невинных намеков на то, чтобы стать ее приятелем. Увы, вряд ли в планы красавчика-иностранца входило увести ее из этой жалкой жизни – пусть самой Фабиане на тот момент его кандидатура и казалась идеальной. Почти принц из сказки.
       Конечно, сказки типа «Золушки» придумывают на самом деле мачехи реального мира, придумывают, чтобы погасить в подростках всякую волю к сопротивлению, чтобы убедить, будто послушанием и смиренным согласием на эксплуатацию можно «купить» у судьбы свою встречу с крестной феей! Те дурочки, что поверили во что-то подобное, так и оставались на всю жизнь добровольной прислугой, но Фабиана была не так глупа. И своей крестной она стала сама, не ожидая от судьбы сюрпризов! Но встреча с принцем – да, как достаточно рано пришлось понять, только на такую судьбоносную встречу и приходилось рассчитывать, чтобы получить билет в другую, лучшую жизнь. Оттачивать свою красоту и умение понравиться, чтобы однажды кто-нибудь достойный обратил на тебя внимание и готов оказался таким билетом поделиться…
       Да вот только окружающие парни что-то не спешили соответствовать гордому званию «принца» или хотя бы достойного! Сколько уже раз Фабиана ошибалась в них?
Продолжая думать о своем, Фиби дожевала фруктовые хлопья и, так же кисло попрощавшись, встала из-за стола. Что-то ей, наверное, опять говорили – в ушах гудел привычный и недовольный шумовой фон. Спустившись, девушка вышла из задней двери – магазинчик мама откроет только в восемь – и побрела вдоль такого же узкого переулка в сторону шоссе. Поблизости не было даже нормального парка или аллеи, где можно было бы бегать по утрам – приходилось переносить это на время после школы. Школы…
       Конечно, школа – это время и место, где получаешь знания и опыт. Не в учебе, когда рассчитывать там не на что, но в куда более тонкой науке взаимоотношений между людьми, искусстве произвести впечатление, привлечь чье-то внимание. На пареньков – даже тех, что были красивы и популярны – рассчитывать особо не приходилось, всего и пользы, что на практике оттачивать свое очарование… но с каждым, абсолютно каждым хоть что-нибудь, да непременно шло не так! Один только прошлый год запомнился столькими разочарованиями!
       С Нико все, казалось, началось неплохо. Парень из выпускного класса на крутом мотоцикле, красавец и объект интереса многих девчонок в школе, конечно же, не мог не привлечь внимание и Фабианы с подругами. Как самая симпатичная в компании, она довольно быстро добилась его приглашения на осенний бал, а потом и статуса подружки – Анна-Лиза почти месяц потом на нее дулась – но от одного только торжества победы радость была недолгой, а всех преимуществ, что Фиби получила, что ее подвозили из школы и в школу на крутом мотоцикле. Да и этот двухколесный велосипед был Нико значительно важнее, чем даже самая распрекрасная девушка, так что уже в декабре Фабиана его отшила. Привлек было ее внимание Андреа, как-то незаметно успевший из аморфного существа, только и знавшего долбить свою электронную игру, в лучшего баскетболиста школьной команды… да только изменился он исключительно ради внимания рыжей мыши, отличницы Дженни, словно бы ту это хоть немного интересовало! Фабиана начала уже было строить планы, как переключить внимание Энди с заучки на свою более достойную кандидатуру, но реализовать их так и не довелось. После рождественских каникул в старший класс Золотой Школы перевелся Селестино. Инопланетянин-небожитель… Это было странно. Все эти прогулки по музеям и историческим местам – Тино, как иностранцу, все было интересно, а в итоге непременно оказывалось, что он знает гораздо больше вызвавшейся «гидом» к красавчику девушке, и именно ей за неполных полгода предстояло «окультуриться» сильнее, чем за всю свою жизнь в этом городе! Ему нравилось поддерживать ее, помогать с учебой, он явно был инициатором их проведенного вместе времени – но вместе с тем упорно не замечал намеков, что пора бы перейти от джентльменских ухаживаний к чему-то более романтичному. В этом был вызов, в этом была новизна, Инопланетянин совсем не походил на всех тех мальчишек, с которыми Фиби успела встретиться в своей жизни, казалось, наконец-то пришло время для чего-то особенного – и она подыгрывала, терпеливо ждала, когда же он решиться, не заходила дальше взглядов, прикосновений к руке, комплиментов и полунамеков, опасаясь, что такой прихлопнутый культурой тип может и испугаться ее прямой инициативы, строила из себя паиньку… А он уехал, так и не сделав ни единого шага к сближению, оставив ей только эту дурацкую переписку. Ну, может и не дурацкую… но притворяться тоже стало не перед кем, а она и так весь второй семестр терпела смешки подруг.
       Терпела, думая, что, наверное, впервые в жизни готова влюбиться всерьез, навсегда, как в этих дурацких книжках, которым ни на грош не верила! Это было разочарование посильнее Нико… Исключительно от злости Фабиана и завалила все экзамены, к которым – во многом благодаря участию этого лунатика – была готова даже несколько лучше обычного. Вот и осталась вместе с подругами на второй год, по этому поводу тоже достаточно выслушав в своей семейке!
       Кое-какие плюсы – не считая того, что уже знакомые предметы не слишком-то напрягали – провал на экзаменах предоставил. В этот же год в Золотую школу перевелся не менее золотой мальчик, теперь оказавшийся в одном классе с Фабианой и ее подружками. Может, и не настолько удивительный, как Селестино – да и не нужно ей еще одного чудика! – но вполне соответствующий вкусам и запросам Фиби. Симпатичный, даже, пожалуй, красавчик-блондин, отпрыск богатой семьи, без стеснения разбрасывающийся средствами с подаренной родителями кредитки, в меру толковый, но и без свойственной Селестино заумности. Конечно, внимание девушек в свой адрес Мирко счел бы чем-то самим по себе разумеющимся – он тоже прекрасно понимал свои плюсы в их глазах, так что демонстрировать к нему интерес было не лучшей стратегией. Первое время Фиби с подружками подзадоривали блондинчика безобидными колкостями, с одной стороны, сразу обратив на себя внимание, с другой – не заставляя думать, будто станут за ним бегать. Инициативу, хотя бы поначалу, должен был проявить он сам, но Фабиана совершенно не представляла, как его заставить, кроме как крутиться неподалеку и надеяться, что внешность и озорные улыбки произведут должное впечатление. Нужная идея вскоре пришла к Федерике – та вообще была неплоха на различные выдумки, и это было одной из причин, по которым Фиби вообще продолжала дружить со столь стервозной особой. Девочки начали изображать внимание к другому их однокласснику, Даниэлу, сыну простого автомеханика, довольно симпатичному пареньку, которого Мирко отчего-то сразу невзлюбил и с самого начала года постоянно пытался во всем с ним соревноваться. Дэн был из тех «простых хороших парней», из которых вырастали унылые работяги, как раз вроде отца Фабианы, так что просто так она на этого паренька и не посмотрела бы, будь он даже и красавец. Но Рика знала, о чем говорила, а Фиби умела сыграть и притвориться, когда требовалось, так что притвориться, будто увлечена Даниэлем, труда не составило. По крайней мере, внимание они привлекли… Не все шло гладко, а в начале осени Мирко вообще чуть было не увлекся жутко вульгарной и по-деревенски добродушной родственницей Анны-Лизы, с чего-то вдруг нагрянувшей с визитом из Франции, к счастью, та довольно быстро убралась восвояси, невольно подыграв трем подружкам и обеспечив их приглашением на вечеринку к Мирко. Возможность не только познакомиться поближе с блондинчиком, но, возможно, узнать еще кого-нибудь из его круга – быть может, и найдется какая-нибудь утешительная кандидатура для Анны-Лизы и Федерики после того, как Фабиана и на этот раз обойдет их, как это уже было с Нико. Пока что Мирко пытается играть с ними, обращая внимание то на одну, то на другую, то на третью – наверняка, старался ненавязчиво поддразнивать Фабиану так же, как она сама поддразнивала его, бросая порой комплименты к Даниэлу – разве не она была в компании единственной настоящей красавицей, а не просто яркой штучкой.
       Девчонки уже поджидали невдалеке от школьных ворот. Невысокая и чересчур крепко, несмотря на стройность, сбитая Федерика с копной не желающих долго оставаться в порядке темных кудряшек и полная ее противоположность – по-журавлиному долговязая блондинка Анна-Лиза.
       В целом, с подругами Фабиане повезло. Каждая из них была достаточно хороша, чтобы проводить время в ее обществе не было отстойно, но вместе с тем – чуточку хуже самой Фиби, чтобы создавать ей выигрышный фон! И, кажется, обе они думали примерно так же… Федерика, считавшаяся в троице негласным лидером, так уж точно.
       - Девочки! – радостно взвизгнула золотоволосая, останавливаясь и протягивая вперед руки. Подружки по очереди обняли ее, причмокивая губами и где-то на расстояние сантиметра – так, чтобы ни себе, ни ей не смазать косметику – приближаясь щекой к щеке. – Ну, как делишки? Идет подготовка к зимнему балу?
       - Спрашиваешь! Ноябрь уже начался – не успеем и глазом моргнуть, как настанет время бала! – Федерика слегка скривилась. – Большинству пока и дела словно бы нет, но тем лучше для нас, не правда ли?
       - Да уж, пусть ни о чем не вспоминают как можно дольше! – Фабиана покрутила перед лицом холеной ладошкой.
       - Вы уже решили, какие платья собираетесь надеть? – защебетала Анна-Лиза. – У меня есть три новых нарядных платья, но никак не могу решить, какое из них подошло бы больше!
       - Так, значит, ни одно из них недостаточно хорошо! – добавив в голос пренебрежения, отмахнулась Фиби. Увы, блондинку это ни капельки не смутило.
       - Может, ты и права. Наверное, стоит поискать еще что-нибудь новенькое в магазинчиках, пока еще есть время!
       Когда Рика и Фиби впервые встретили ее, дело было в первом классе средней школы, та напоминала неуклюжего бледного галчонка с дерганным обидчивым характером. Все они приложили немало усилий… но, конечно же, никто и не стремился подтолкнуть Анни действительно высоко. Теперь эта капризная девица, которую просто невероятно избаловал отец, с которым Анна-Лиза жила после развода родителей, достаточно набралась наглости и порой раздражала Фабиану своей страстью к приобретению новых шмоток в невероятных количествах и, особенно, стремлении бестолково этими шмотками хвастать. Сама Фиби такого себе позволить не могла, вдохновенно выжимая максимум стильности и эффектности, комбинируя вещи довольно скудного гардероба. По крайней мере, вкус это помогло выработать получше, чем у блондинки, но все равно невероятно, до дрожи порой бесило, когда та сметала с прилавков очередной хлам, толком даже не решив, нужно ли ей это. Фабиана не так уж часто покупала себе новые вещи, объясняя это тем, что по-настоящему стильные элементы гардероба должны быть идеально подобраны и согласованы – не так уж часто найдешь в продаже что-то действительно нужное.
       - С твоим умением выбирать… притащишь домой еще ворох тряпок, который так ни разу и не найдешь, куда надеть, пока это окончательно не выйдет из моды!
       - Мы могли бы прогуляться все вместе. Что скажешь, Рика?
       - Я, наверное, возьму платье для бала напрокат. Все равно появляться дважды в одинаковом никуда не годится, а забивать дом хламом ни к чему! Эх! Неплохо было, когда ты сама работала в бутике, а?
       После того, как Анна-Лиза завалила экзамены, даже ее склонный баловать дочурку «принцессу» отец решительно поставил крест на подработках – до тех, по крайней мере, пор, пока она не исправит оценки. А работа в бутике и правда порой здорово выручала не только саму блондиночку, но и ее подруг, если получалось незаметно взять поносить, а потом вернуть какое-нибудь платье из новой коллекции.
       - Да брось, мы все равно не нашли бы действительно подходящих нарядов, если бы были вынуждены выбирать из ассортимента одного-единственного магазинчика!
       - А я-то думала, ты у нас гений по части хитрить и подбирать вещи, даже если весь гардероб помещается в одной сумке!
       Рика, конечно, была в курсе того, как приходится жить Фабиане, но не подшучивала над тем, что подруга не мода бы себе позволить – как без веской причины Фиби все-таки не подшучивала над приземистым ростом брюнетки. Такие шпильки предназначались для особых случаев!
       Однако, стрельнув глазами в сторону школьных ворот, Фабиана тут же заметила деловито выходящего из своей подаренной родителями машинки Мирко. Ясно! Сделав вид, будто не замечает парня, девушка мстительно уставилась на подругу.
       - Тебе легко говорить! Но платья, независимо от размера, не так уж часто подходят по росту высоким стройным девушкам! Я не собираюсь носить рукава-недомерки и талию под самой грудью – а на коротышек почти весь ассортимент!
       - Кто ж вам виноват, что вы обе вымахали с жирафа! – густо покраснев, огрызнулась Рика, резко развернулась и зашагала к школе, демонстративно не обращая внимания ни на подруг, ни на помахавшего рукой блондина. А кто, спрашивается, начал первый? Фиби послала Мирко рассеянную улыбку, но не стала останавливаться.
       В рекреации второго этажа половина класса столпилась возле стены, украшенной свеженьким плакатом. Вчера, во всяком случае, его там не было…
       - В чем там дело?
       - Опять какая-то экскурсия…
       В прошлом году в октябре школьная экскурсия закончилась тем, что они на целую ночь застряли в автобусе, отрубленные от зоны приема, потому что класс атаковали какие-то бешеные горные мартышки, водитель исчез непонятно куда, а спасатели прибыли только утром! Чего только Фабиана не выслушала от родителей по поводу своего «исчезновения», так, словно бы она что-то могла с этим поделать… Однако, приблизившись и рассмотрев плакат, девушка невольно улыбнулась – на изображении красовался заброшенный, но все равно очень симпатичный замок.
       Примерно в таком, будь это иллюстрация романтической книги, непременно полагалось бы жить какому-нибудь загадочному прекрасному принцу!
       - Последним хозяином замка был Тристольф Седьмой герцог Горта! – менторским тоном сообщила, отворачиваясь от плаката, Сара Джей – словно бы прочитала мысли поперхнувшейся Фиби насчет принца. Не считая того, что занудливой рыжеволосой Жиневре так и не удалось в прошлом году переизбраться в старосты класса, эта занудливая блеклая блондинка годом младше была точной ее копией по характеру!
       - Жуть, что за всезнайка! – ядовито, чтобы скрыть короткую растерянность, бросила Фабиана.
       - Да уж! – громко поддержала Анна-Лиза. – Совсем никакой жизни быть не должно, чтобы со скуки читать всю эту историческую чепуху!
       - Между прочим, начало тринадцатого века в Италии – очень увлекательный исторически период! – возразил переведенный к ним в октябре Вельмино. Можно было бы счесть этого паренька даже интересным, не будь он точной копией зануды Сары в мужском варианте, словно потерянный брат-близнец… ну, может, еще не напоминай о Тино своим вдохновенным интересом к библиотечным скучностям! – Четвертый крестовый поход, образование ордена францисканцев, противостояние Папы с германскими королями… Уверен, у герцога Тристольфа очень увлекательная, под стать эпохе, жизнь и судьба!
       Бедняжка явно пытался поддержать Сару Джей, но староста, уязвленная тем, что кто-то кроме нее посмел умничать на публику, нахмурилась и отвернулась.
       - Какой ты умный! – изобразила восхищение Фиби, пытаясь поравняться с Вилли, кода все уже зашагали в класс. – Даже немного интересно стало, что это за герцог такой.
       Тот, однако, проводил несчастным взглядом Сарочку, а ее едва удостоил рассеянным кивком, кажется, и не поняв, кто с ним заговорил. Фабиана разочарованно вздохнула.
       - Уж не решила ли ты присмотреть очередное зубрило-грузило? – ехидным шепотом поинтересовалась Рика, когда подруги заняли свои места на последних партах, а учитель у доски начал свой привычный нудный бубнеж. – Мало оказалось «пришельца» в прошлом году?
       - И не мечтай! – из-под густых ресниц посматривая в сторону сидевшего в дальнем ряду Мирко, отмахнулась Фиби. – Конец семестра и итоговые тесты тоже не за горами, не помешает быть полюбезнее с ботанами – и пусть это лучше будет хорошенький милый ботан, а не зануда Сарочка или очкарик типа того приятеля Анни!
       Настала очередь блондинки покраснеть от злости под густым слоем тональника. С поклонниками бедняжке Анне-Лизе всегда не везло. Самым прилипчивым оказался коротышка Паоло из шайки школьных хулиганов, выражавший свою безответную симпатию в пакостях и подначках, к счастью, в этом году хулиганов не было видно – хотя и не верилось, чтобы они могли сдать итоговые тесты лучше Фиби и подруг! А в самом конце прошлого учебного года Анна-Лиза неожиданно сумела обаять просто-таки карикатурного отличника Джейкоба, взявшегося вытягивать ее по учебе. Особого толку от этого, правда, никто не заметил!
       - Не воображай, будто ты такая особенная только потому, что сумела обойти нас с Нико и тем учеником по обмену! С Мирко все будет иначе! – зло огрызнулась блондиночка.
       - Это уж точно! – поддержала Рика, без уточнений, впрочем, что именно на этот раз будет иначе. – Раз уж тебе нравится Вилли, лучше на нем и сосредоточься, благо, Сара явно не настроена отвечать бедняжке взаимностью!
       - Предложила бы вам поспорить! – откинувшись на спинку стула, промурлыкала Фабиана. – Да меня и без того ждет неплохой выигрыш!

0

3

Часть 2
Классная комната для проходящих земную практику ангелов-хранителей находилась почти под самой крышей Золотой Школы в большой белой башне, практически целиком отданной под нужды Вечных. На верхних этажах располагались ученические мечтальни, специализированные кабинеты, апартаменты преподавателей и комнаты для отдыха, в центральном ярусе – столовая, чуть ниже – виртуальная комната для поединков-жребиев и коридоры, связывающие территорию школы для Вечных с территорией, где учились, ни о чем не подозревая, самые обыкновенные земные подростки. Иногда, конечно, земляне случайно забредали не в те коридоры, но попасть в неподходящее помещение все рано не могли. Чем бы для них ни объяснялась «пустующая» часть школы.
       Ну, а ниже начинались уже учебные – если это слово корректно к ним применить – помещения и кабинеты для дьяволов, вниз, до самого общежития «кошмарен» в полуподвале.
       Главная учебная аудитория ангелов была дугообразным – в половину края башенки – светлым залом, внешняя стена которого состояла сплошь из окон, поэтому помещение до краев было наполнено дневным светом с самого раннего утра. Висящие на потолке изящные люстры, должно быть, предназначенные на случай пасмурной погоды или снегопада, на памяти Селестино ни разу за прошлый учебный год так и не зажигались. В центре, по самой сердцевине башни, тянулась шахта лифта, а противоположную, напротив учебного класса, дугу занимали коридор и начало уходящей вниз мраморной лестнице по обе стороны которой вверху и где-то у основания «караулили» две скульптуры белоснежных каменных ангелов – вернее, изображения человеческого представления об ангелах.
       Хотя, вполне может быть, именно так и выглядели спускавшиеся на Землю Хранители в местную эпоху Возрождения… если не вспоминать о том, что тогда им уже нельзя было показываться землянам на глаза.
       Селестино впорхнул в классную комнату в то короткое время, когда до начала занятий еще не оставались считанные мгновения, как это бывало с чересчур рассеянными однокурсниками, но все же уже тогда, когда большая часть класса собралась и расселась по своим местам. Опасная грань… но он ведь должен был посмотреть, из-за чего подопечная землянка остановилась в коридоре.
       Слабое оправдание, учитывая, что возле плаката толпились почти все подопечные их класса, а задержался именно ты! Впрочем, Селестино еще повезло, что Фабиана при всех своих недостатках не имела привычки приходить в школу с запозданием, ведь это и его вынуждало бы либо пренебрегать наблюдением, либо вихрем влетать в аудиторию в последний момент.
       Профессор Кэссиди, кивком поприветствовавшая учеников, уже прошла к кафедре и собиралась было начать занятие, когда в класс – прямо по описанию – едва ли не кувырком влетел небольшой бело-розовый вихрь.
       - Простите-простите-простите…
       - Займи, пожалуйста, свое место, Дольче! – с мягкой улыбкой, но невыразительным тоном потребовала профессор, чуть-чуть качнув пышкой копной русых с проседью локонов, на ярком свету играющих золотистыми волнами. Этой женщине было за шестьдесят звезд – Селестино не знал, сколько именно, но она должна была быть достаточно взрослой ко временам перемирия, чтобы успеть войти в историю, как один из величайших героев небесного воинства. Под строгим взглядом ученица прекратила нервно суетиться и, еще раз тихо пробормотав извинения, послушно приземлилась за парту. – Ты проявляешь похвальное усердие, но нет такой нужды преследовать свою подопечную целыми днями. Это нормально, отлучаться с занятий, если землянин, за которого вы отвечаете, оказался на перепутье и ему срочно требуется помощь, но ради обычного наблюдения пренебрегать программой не следует. Мы потому и снабдили вас книгами, в которых можно найти все важные сведения о человеке и без личной слежки за ним.
       По мере того, как профессор говорила, лицо притихшей Дольче – с задней парты Селестино видел только маленькое ушко, висок, скулу и самый кончик носа – из персикового приобретало тот же насыщенный клубничный оттенок, которым фосфоресцировали ее нимб и крылышки.
       - Но ведь она не опоздала! – кажется, после некоторого времени борьбы с собой не смогла все же промолчать черноволосая макушка сидевшей рядом с подругой Мики. Селестино мысленно поморщился. Ему тоже было жаль Дольче, но пререкания с профессором еще никогда никому лучше не делали.
       - Тем не менее, я задерживаю начало лекции уже на полторы минуты, – сухо ответила Кэссиди. – для того, чтобы поговорить теперь с тобой – уже на две. Итак, теперь мы уже все здесь собрались, так что сделаю небольшое объявление. Как многие из вас, я думаю, уже успели увидеть в коридорах на территории землян – через неделю вашим подопечным предстоит школьная поездка на исторический памятник. Некоторым из вас предстоит сопровождать их и следить, чтобы ничего не случилось.
       - Только некоторым? – переспросила с первой парты копна покачивающихся над золотыми крыльями каштановых кудряшек Ури.
       - В сопровождение отправляетесь не только вы, но и практиканты-дьяволы тоже, мы не смогли бы разместить в автосфере оба класса.
       - Ну… часть из нас может принять обличья землян и поехать вместе с подопечными в автобусе. Обидно, если кому-то предстоит поездка, а кому-то нет…
       - Вы туда и не развлекаться отправляетесь! Что же, можем обсудить это с Теренсом, но даже так – имейте в виду, поедут далеко не все. И, конечно же, только в том случае, если на экскурсию поедет ваш подопечный – иначе какой вам смысл присоединяться. Надеюсь, в этом году за предварительную неделю все сумеют позаботиться о том, чтобы у землян не возникло проблем. И о том, – Кэссиди пристально посмотрела на Ури. – что никто из них не решит поехать больным, подвергая свою жизнь опасности!
       Кончики золотых крыльев удрученно поникли. В прошлом году подопечная Ури серьезно пострадала, не пожелав пропустить экскурсию из-за гриппа, а искусительница тогда оказалась более убедительной, чем хранительница.
       - Что ж, вся неделя еще впереди, а пока что продолжим тему благоприятного воздействия…
       Интересно, как Фабиана отнесется к экскурсии? Подопечная Селестино не отличалась любовью к истории, как и вообще к теоретическим знаниям, но ведь поездка в средневековый замок – это не то, что зазубривание дат и событий из учебника. Плакат понравился Фиби – ангел успел увидеть, как лицо подопечной, обычно, словно маской, закрытое капризным пренебрежением или наигранным кокетством, ненадолго стало настоящим и расцвело искренней мечтательной улыбкой. Как бы часто Селестино ни видел свою землянку (а он, как и Дольче, предпочитал побольше времени проводить рядом, не полагаясь на сведения из книг – да и не так уж они нужны были одному из немногих, чей подопечный на втором году не сменился), увидеть эту улыбку доводилось нечасто. Ангел тосковал по прошлому полугодию, когда пытался наладить контакт с Фабианой, изображая студента по обмену – тогда им доводилось общаться гораздо больше и не только по необходимости… к сожалению, рано или поздно предстояло понять, что не меньше, чем Фиби помогало общение с ним, ее злило и его, как ей казалось, пренебрежение к старательно напускаемому очарованию. Что тут было поделать, ангелам-хранителям, пусть и еще только практикующимся, и думать нечего о романтических отношениях с землянами, а честно объяснить это Селестино тоже не имел права. Нужно было придумать что-то новое, да вот только не получалось! И введенные в этом году уроки Персонификации, которым предполагалось помочь в понимании землян, и новое воздействие на уроках проекции – решения так и не принесли.
       И вот Фабиану заинтересовала экскурсия… пусть даже невидимкой, не имея возможности поболтать о истории, архитектуре и искусстве, как в прошлогодних их прогулках по городу, но здорово было сопровождать ее туда.
       - О чем же ты так глубоко задумался на моем уроке, Селестино?
       Молодой ангел вскинул голову, растерянно уставившись на профессора Кэссиди, остановившуюся возле парты. Короткое паническое мгновение Тино соображал, не прослушал ли обращенный к нему вопрос или еще что-то, чересчур глубоко погрузившись в мысли, но нет. Лекция уже подошла к концу, многие одноклассники успели вспорхнуть со своих мест и направиться было к выходу – хотя кое-кто остановился и тоже смотрел теперь на него.
       - О своей работе с подопечной, разумеется, профессор. Я… к сожалению, так и не смог выработать оптимального к ней подхода.
       - Должно быть, ты полагаешь, тебе не слишком-то повезло с землянкой…
       Некоторые считали людей вроде Фабианы и ее подруг чересчур дурными словно бы сами по себе, а оттого называли бессмысленным соперничество с дьяволами за них. Но Селестино решительно мотнул головой.
       - Думай я так, профессор, можно было бы с уверенностью говорить, что это моей подопечной не слишком-то повезло с хранителем!
       Помедлив, Кэссиди сухо кивнула каким-то своим мыслям. По ее миловидному лишенному возраста лицу трудно было что-то прочесть.
       - Я вижу, как ты стараешься, Селестино. Приятно видеть, что практикантов не пугают никакие трудности. Но, вместе с тем, больно видеть, когда все старания оборачиваются беготней белки в колесе, как бы находчивы и решительны перед лицом трудностей вы ни оказались. Проблема ведь не столько в твоей подопечной, сколько в Риммоне. Все твои достижения идут прахом, когда противник получает право взять реванш. Мы столетиями удерживаем мир от обрушения в пропасть, но со связанными руками не в силах увести его от края – Омния ведь рассказывала вам, с чего все началось.
       - Ну, в этом ведь и смысл. Мы не единственная инстанция, и потому должны стремиться быть убедительнее для землян. Не будь дьяволов с их искушениями, то земляне и без нас бы обошлись в выборе правильного решения! – пытаясь сообразить, что это за опрос такой внезапный, пояснил Селестино.
       - Обошлись бы? Ты и впрямь так думаешь? – большие белоснежные крылья за спиной наставницы едва заметно, словно с невыдаваемой усталостью, поникли. – В мое время, Селестино, ангелы верили, что могут привести человеческое общество к совершенству. К свету, а не к оптимальному компромиссу «неплохого, в общем и целом, человека». Наверное, только в мое время… Перерыв между лекциями только семь минут, ребятки! – обернувшись к невольным слушателям, прежним тоном напомнила Кэссиди. – Не стоит просиживать в классе.
       - Я бы на твоем месте не спорила! – тихо заметила, проводив Наставницу взглядом серых глаз, вечно робеющая светловолосая Клара. Второй год подряд девочка была Хранительницей Федерики, подруги Фабианы, и второй год дела с практикой у нее обстояли еще более плачевно, чем у Селестино. – Лично мне и сама подопечная кажется достаточно сложной, чтобы «для равновесия» терпеть нападки еще и от дьявола. Ты, конечно, думаешь, что это ей со мной не повезло, да? Человеку, который к четырнадцати годам успел и без помощи дьявола стать настолько скверным, могли бы приставить ангела талантливее и храбрее, чем я!
       - Думаю, с талантом Хранителя у тебя все в полном порядке! – беспомощно попытался подбодрить девочку Селестино, опустив мысленное согласие, что Клара, которой наверняка светило распределение в касту Смирения, и правда была недозволительно нежной и кроткой для того, кому требовалось иметь дело с Федерикой… да, пожалуй, и с любой из трех подружек. – Землянам, как бы они себя ни вели, нужны наша помощь и забота, пожалуй, сбившимся с пути землянам даже в большей степени, чем тем, кто и сам способен следовать верным путем!
       - Что-то мешает самим нашим подопечным это понять! – кротко опустив большие серые глазищи, пробормотала Клара. – Что-то или кто-то… я не говорю ни о каком идеале, но хотела бы иметь возможность помочь Рике хотя бы – не стать по-настоящему ужасной!

После короткого перерыва Кэссиди провела второй час лекций, а потом уступила кафедру пожилой преподавательнице истории Омнии. Вообще-то историю, и Вечных и земных цивилизаций, ангелы изучали еще в младшей и средней школе Небесных городов, оттого в прошлом году, увидев это в расписании, Селестино опасался, что эти лекции окажутся скучными и бесполезными для практики. Однако и Аркан в прошлом году и Омния в этом умели рассказать о событиях прошлого в особенном свете. Может, и неудивительно, учитывая, что многое из того, что ученикам казалось «древностью», пожилые ангелы воочию видели и знали из воспоминаний прошлой своей жизни.
       В обращении с учениками симпатичная старушка с взбитыми в белоснежное облако под аккуратным нимбом волосами, предпочитавшая одеваться в винтажные платья изумрудного цвета, была полной противоположностью Кэссиди. Если декан порой сожалела, что ученики – не рекруты военного войска, пытаясь привить им больше дисциплины и порядка, то Омния когда-то раньше работала не то в младшей школе, не то вовсе с малышами, и никак не могла понять, что подросткам ни к чему столь же трепетное, как над детьми, хлопотание. Впрочем, как преподавателя это ее не делало хуже.
       Клара вместе с Мануэлем улетели со второй пары часовых лекций на очередные свои занятия Персонификацией и проекцией – хотя в первой половине дня это подразумевало довольно скучное просиживание вместе с подопечными на их несложных земных уроках, так что, когда наступил послеполуденный длинный перерыв, проведать своих подопечных Селестино полетел в компании Леаноры – тихой, хотя и не такой робкой, как Клара, девочкой с русыми, собранными в «баранки» волосами (Анг Ли в начале прошлого года как-то прозвал ее за это «принцессой Леей»), бледно-голубыми крылышками и нимбом. Из них троих Леа оказалась наиболее успешной в практике, хотя надолго благих побуждений Анны-Лизы и не хватало. Наверное, та землянка могла бы стать и совсем другой, попади она когда-то в другую компанию, но теперь упорно держалась подружек, даже если те не хуже дьяволов подбивали на какую-нибудь пакость.
       Мануэля не было видно, как, впрочем, и его подопечного Мирко, наверняка решившего пообедать не на заднем дворе в компании других школьников, а в одном из центральных кафе рядом со школой. Клара в обличье землянки крутилась неподалеку, стараясь быть настолько незаметной, насколько позволял наряд, повторяющий стиль ее подопечной Федерики. Первый в этом году урок Персонификации закончился для Клары безобразным скандалом – заметив в толпе возле школы незнакомую девочку в такой же, как у нее самой, одежде, подопечная была вне себя от негодования (еще и потому, что Клара в похожем наряде выглядела заметно симпатичнее). Непонятно, не замечала она дьяволицу Аззу за таким же «подражанием» или просто чуяла тех, кого можно было бранить без страха, что тебе ответят… Зато противники – и здоровяк Риммон, вечно напускающий на себя свирепый вид, и противница Леа – толстушка Лолачка – уже болтались над головами подопечных. Правда, присутствием дьяволы решили и ограничиться: Лола с меланхоличным видом жевала пирожное, а Риммон по возможности негромко – насколько получалось с его-то раскатистым рыком – втолковывал ей что-то неразборчивое. Подлетевших ангелов они вниманием не удостоили.
       Фабиана и Федерика все еще немного друг на друга злились после утренней стычки, но сейчас, когда на горизонте не было Мирко как причины конфликта, зато на площадке у фонтана толпилось достаточно школьников и, особенно, школьниц, которых гораздо забавнее казалось задевать на три голоса, девочки быстро предпочли об этом забыть.
       - Ну, и что ты думаешь об этой поездке? – поинтересовалась скучающим тоном Федерика, когда все шпильки окружающим уже были розданы. Анна-Лиза, вычерчивающая на рябящей воде фонтана невидимые узоры кончиками разрисованных ноготков, неопределенно дернула худым плечиком.
       - Не знаю, есть ли смысл тратить время на что-то подобное! – уклончиво откликнулась Фабиана, заставив своего Хранителя слегка растеряться. Почему она могла бы передумать за четыре часа занятий? С секундным запозданием ангел обратил внимание на наигранность тона.
       - Да уж, это для тех, кому больше нечем заняться в выходной! – тут же поддакнула Анна-Лиза. – Я собиралась еще разок пройти по магазинам… вы ведь тоже еще не выбрали себе платья, вот лучше и прогуляемся!
       - Можно обойтись и без них, куколка! – с набитым ртом пробурчала дьяволица, а Лея, замершая в воздухе чуть позади Селестино, удрученно вздохнула.
       Ну, разумеется, платья. У Фиби распланированы были не только дела, но и все расходы – сейчас она откладывала деньги на новое платье к школьному балу, запланированному на самое начало зимы. Родители не баловали Фабиану, но она скорее умерла, чем призналась подругам в ограниченности своих средств. Особенно на фоне привычки Анни спускать столько на ветер!
       - А я-то думала ты в прошлом году заинтересовалась всякими культу-урными делами! – протянула Федерика, устраиваясь поудобнее на бортике фонтана. – Что ж, тем лучше для меня! С удовольствием погуляю вместе с Мирко по столь романтичному местечку, как старый замок!
       - Божечки, его-то с каких пор заинтересовало что-то менее древнее, нежели пафосный клуб в центре? – скривившись, Фиби помотала в воздухе оттопыренными мизинчиками. Замаскированная в этой переигранности досада не укрылась не только от ангела, но и от подружек – улыбка Рики тут же стала особенно медово-ласковой.
       - По правде говоря, я предпочла бы пройтись по магазинам всей компанией! – Анна-Лиза взболтала воду под кончиками пальцев. – Раз уж вас так заинтересовала эта поездка, можно отложить и на следующее воскресенье…
       - Кого заинтересовала?
       - А я как раз замечательно обошлась бы и без вас! И вообще, неужели ты не променяла нас окончательно на свое чудище для походов по магазинам?
       Лолачка, хмыкнув, скатала в пухлом кулачке бумажную упаковку от пирожного и швырнула в пышные темные кудри землянки. Федерика взвизгнула и заозиралась, пытаясь сообразить, откуда же прилетел бумажный комок, но, разумеется, так и не обнаружив бросившего, ограничилась свирепым взглядом в сторону рассевшихся на скамейках старшеклассниц. Подруги из солидарности – а может, и из опасения, что с Рики станется в сердцах швырнуть этот мусор уже в них – сдержали хихиканье.
       - С ней круто! – не стала спорить Анна-Лиза. – Но я, пожалуй, слишком уж прекрасной себя чувствую в ее компании, а сама Лола только и знает, что осыпать комплиментами – вот и кажется, будто все, что ни примерь, подходит мне идеально, а потом притаскиваю домой кучу вещей, которые и надеть-то не успеваю, а папа ворчит, что я не знаю цены деньгам! Чтобы выбрать идеальное платье для бала, мне потребуется ваш критический взгляд!
       - Пора бы тебе научиться использовать свою собственную голову не только для прически и макияжа! – Фиби протянула руку, чтобы легонько тюкнуть блондинку кончиком пальца по лбу. – Выбор гардероба – серьезное искусство, к которому нельзя подходить так легкомысленно!
       - С другой стороны, здорово это, когда имеешь возможность себя порадовать и симпатичными покупками покупками, и интересной поездкой! – невинно возразила Федерика. – Папа Анетты клевый! Жаль, что мы пока еще не встречаемся с Мирко, чтобы он мог бы заплатить за экскурсию и для меня…
       - Лучше привыкай к тому, что этого никогда и не случится. Меня покупки радуют, если они действительно мне нужны, а поездка… ладно, подумаю, стоит ли эта экскурсия потраченного времени, раз уж вы обе так заинтересовались!
       Анна-Лиза захлопала чересчур густо подведенными оленьи-карими глазами, не понимая, когда это высказала что-то хоть отдаленно похожее на «такую уж заинтересованность», Федерика же предпочла пропустить последнюю реплику подруги мимо ушей.
       - Нашей малышке требуются деньжата! – словно только что заметив ангелов, бросил Риммон, поворачиваясь прямоугольным – с тяжелой челюстью и массивным выступающим лбом – лицом к Селестино. – А от родителей она ничего не получит, если только не согласиться вместе со всеми работать в этой их лавчонке!
       Тино понятия не имел, почему возможность зарабатывать деньги кажется подопечной и ее подругам позорной – да еще и более позорной, нежели пользоваться чьим-либо содержанием. Любая работа, если это только была не работа моделей, актрис или певиц, вызывала у трех подруг пренебрежение одной только своей возможностью – и, если работу продавцом в бутике торгового центра они еще готовы были простить за возможность «одалживать» там наряды, то овощная лавка такого «смягчающего обстоятельства» не имела. Фабиана терпеть не могла, когда ей напоминали о родительском бизнесе, и панически боялась, что кто-то в школе даже допустит мысль, что она сама может стоять за прилавком. Селестино периодически пытался натолкнуть Фабиану на мысль поискать занятие, которое бы пришлось ей по душе, но преуспеть в этом мешала зацикленность девушки на том, что красивая внешность – единственное, в чем она способна проявить себя. Не хватало только еще невольно натолкнуть ее на мысль, что это может стать ключом к большей выгоде, нежели подарки и угощения от поклонников!
       - Полагаю, – продолжал дьявол, покручивая на мощном запястье браслет «напоминалку», сигнализировавший Помощникам о проблемах подопечного, если те в этот момент находились где-то еще. – это отличная возможность после школы подбросить ей парочку подсказок о том, как бы ими разжиться до конца недели!
       Слова пришлись на момент… не лучшей мысли самого Селестино, что заставило ангела дернуться. Не факт, что его противник намекал на подобное, но все равно от «подсказок» дьяволов ничего хорошего ждать не приходилось.
       - И что только заставило тебя об этом подумать? – надеясь, что Риммон не успел заметить, как он нервно встрепенулся, откликнулся Селестино. – Возможно, это возможность для меня подсказать ей удачный выход?
       - Да пофиг, птенчик! – неожиданно добродушно отмахнулся противник. – Ты ведь сам хочешь, чтобы ей удалось поехать на эту дурацкую экскурсию в замок – ну, и нам вместе с ней. Раз так, у нас сейчас цель одна и та же!
       - Меня беспокоят пути, которые к этой цели предложит кто-то вроде тебя.
       - Но, если ты так настаиваешь, я никогда не против лишний раз вытрясти из твоих перышек пыль в Комнате Состязаний! – широкий тонкогубый рот ощерился в улыбке. Крупные заостренные клыки выступали у Риммона заметно сильнее, чем у большинства дьяволов. – Как раз разберемся с правом влияния, пока у землян пройдут послеобеденные занятия!
       В этом году состязания не отличались увлекательностью. Вместо выбора любой виртуальной арены для поединка туда зачем-то забили всего несколько программ-испытаний, которые за два месяца учебы практиканты уже наизусть знали.
       - А для нас, пожалуй, нет ничего интересного, а, баранкоголовая? – протянула Лолачка, лениво облизывая пальчики от остатков шоколадного крема и косясь вниз, на подопечную, темными глазками-маслинами.
       - Наша очередь урока Проекции только завтра, – не стала спорить Леа. – а пока что я не вижу в жизни Анны-Лизы никакого перепутья, что позволило бы вмешаться для обычного воздействия. Удачи тебе, Селестино…
       - Да, Селести-ино, удача – это все, на что ты только можешь уповать! – пискляво передразнил Риммон.

0

4

Часть 3
Хоть по успехам – вернее, отсутствию каких-либо успехов – Фабианы что в учебе, что в общественной жизни школы никто не заподозрил бы о ней подобного, но жизнь девушки была достаточно строго и дотошно расписана. Просто этот распорядок, как и вообще большая часть усилий Фиби большую часть времени служил исключительно заботе о себе и, в основном, своей внешности. Красотка была просто вынуждена тщательно планировать не только расходы, но и время, которого в сутках тоже всегда могло оказаться несколько меньше, чем она в идеале хотела бы посвящать самой себе, и, как и в случае с ограниченным бюджетом, приходилось хитрить, чтобы как-то выкручиваться.
       Немногим больше полугода назад пернатый Селестино заставил противника изрядно поволноваться, выдумав себе постоянную роль в мире землян и прикинувшись переведенным в Золотую Школу по обмену студентом-иностранцем. Фиби, довольно равнодушная к разумному, доброму и прочему «вечному», тем не менее, становилась значительно более благосклонна, если вся эта скукотень исходила от высокого смазливого блондина с ясными голубыми глазками, а именно так для землян выглядело человеческое обличье Селестино! И треклятый херувимчик, хоть и строил из себя вечно скромника, за первое полугодие вполне просек свой единственный козырь, определившись, наконец, с какой стороны подойти к подопечной. Риммон, поначалу расслабившийся в уверенности, что землянка им досталась достаточно испорченная, чтобы не было необходимости как-то еще дополнительно ее портить, к начинанию поначалу отнесся скептически, но готов стал забить тревогу, когда шатания с подругами по магазинам и кафешкам (этим еще нередко сопровождалось очередное увлечение), а потом так даже и время, отведенное на уход за собой, стало понемногу жертвоваться ради того, чтобы «показать симпатичному иностранцу город». На самом деле скорее уж пернатый показывал и рассказывал Фабиане о исторических и культурных диковинках ее родины, честно объяснив это тем, что много читал и слышал о них в средней школе. В попытках найти какой-нибудь противовес, Риммон тоже решил найти для себя постоянную роль в мире людей и стал тренером в центре фитнесса, который подопечная трижды в неделю посещала. Мерзко-смазливой мордочки в ее вкусе, конечно, у дьявола не было, в какого бы землянина он ни пытался перевоплотиться, но должный авторитет помог наладить достаточно доверительное общение. В конце концов небесный мальчик сам себя поймал в ловушку – нельзя было долго делать ставку на явно романтический интерес девушки и при этом старательно не замечать, как та семафорит глазками, да еще пресекая ее попытки к сближению отношений – так что «студенту по обмену» пришлось-таки убраться типа на историческую родину, а вот Риммон в качестве тренера свою подработку на Земле продолжил. Удобная роль, да и местные деньги бонусом к школьной стипендии лишними не будут.
       Последнее время Фабиана даже стала меньше шататься после занятий по торговым и развлекательным центрам, не только потому, что экономила деньги на покупку платья к грядущему балу, но и из-за наступления стадии, когда отношения с Федерикой и Анной-Лизой не были такими уж задушевными. Девчонки добились своего и привлекли внимание Мирко, на которого все трое в самом начале этого года положили глаз, тогда, еще только рассчитывая заинтересовать его, им удобнее было держаться вместе и действовать в соответствии с планами Рики, но, как только первая ступень оказалась пройдена, подружки оказались уже в состоянии соперниц, когда каждая стремилась поделить это завоеванное внимание так, чтобы самой получить побольше. А дележка добычи многих вчерашних верных соучастников зачастую делала даже более опасными конкурентами, чем кто-нибудь посторонний!
       В такие дни, как сегодняшний, Фабиана порой даже задавалась вопросом, почему вообще продолжает дружить с двумя этими гусынями, терпя все колкости Рики и глупости Анни! Она, между прочим, с ними или без них, а все равно останется первой красавицей школы! И не всегда подобные мысли были подброшены ей Искусителем, а не родились самостоятельно под тщательно уложенными золотыми кудряшками.
       Сейчас Риммона мало беспокоил вопрос взаимоотношений Фиби с подружками, может, позже он и воспользуется этой благодатной почвой для провокации ссоры, но всему свое время. К свету дружба с подобными барышнями его подопечную не тянула, отрицательных эмоций, толкающих к нужным ему поступкам и решениям, поставляла предостаточно, кроме того, пусть Фабиана и не была столь же податливой к влиянию любой компании, но подруги играли в ее жизни значительную роль, кто знает, не свяжется ли она, рассорившись с ними, с кем-нибудь ну совсем уж ему не подходящим! Лучше иметь стабильную возможность повседневного раздражения, чем острую короткую вспышку злобы. Кроме того, у Федерики водились весьма приятные искусителю идеи и планы, к которым привлекались и подруги, а пустоголовую Анни иногда можно и развести на нужную помощь. Риммон был в неплохих отношениях с искусительницами обеих, и трое дьяволов сходились во мнении, что на данный момент лучше для подопечных держаться вместе.
       А что действительно беспокоило как саму Фабиану, так и ее дьявола, так это сложившаяся ситуация с внезапно нарисовавшейся экскурсией. Не то, чтобы Риммон такое значение принимал возможности поглазеть на какую-то кучу камней – в дьявольских городах Подземелья и поныне стояли куда более впечатляющие замки и дворцы, чем могла только представить себе земная история… но капризам красивой девушке положено исполняться, чем меньше сомнений в этом будет испытывать Фиби, тем лучше для него, да и любая жажда – хорошее подспорье для рискованного, а то и опрометчивого поступка!
       Первый раунд пришлось оставить за пернатым блондинчиком. Соревнование на виртуальной арене всегда было не более чем жребием, указывающим, Хранителю или Искусителю полагается первым воздействовать на человека, но организован этот жребий был все равно как состязание или даже настоящая схватка, в которой любому неприятно было проигрывать, но пыл негодования быстро проходил, а зачастую возможность оставить за собой не первое, но последнее слово была даже удобнее. Особенно сегодня, когда не так уж плохо будет, если пернатый для начала поездит Фабиане по ушам всей этой нудятиной о достоинстве честного труда и достижений собственными усилиями при реальных возможностях – а Селестино непременно именно так и поступит, у этого птаха аж глаза загорелись от перспективы сопровождать подопечную на какие-то там исторические развалины – в планы дьявола это вполне вписалось. Полезно иногда проявить терпение, пусть это и одна из придуманных святошами заморочек.

Поскольку регулярные занятия в шикарном спортивном комплексе с бассейном, салоном красоты и несколькими залами Фабиана все еще не могла себе позволить, «центр фитнесса», где работал Риммон, в действительности был всего лишь полуподвальной «качалкой» из небольшого зала с тренажерами, двумя узенькими раздевалками, парой двухместных душевых да кладовкой. Даже соседствующий буфет был отдельным заведением. Аэробикой Фиби занималась дома, каждое утро после обязательной пробежки и до душа с последующим нанесением штукатурки и выбором наряда. Как ни исхитряйся, а образ жизни у красотки был такой, что всегда подбрасывал более срочные и более «необходимые» траты, чем желанных абонент в клуб поприличнее, а подарка от поклонника подходящей состоятельности все как-то не случалось и не случалось. Золотой мальчик Мирко с инициативой все не спешил (и дьявол, в отличие от подопечной, вовсе не был уверен, что что-то изменится, хоть в отношениях с Нико в прошлом году ей и удалось обойти подруг даже без посторонней… и потусторонней помощи). Разумеется, подруг Фабиана в подробности не посвящала, заявляя, что занимается в каком-то закрытом спортивном клубе по знакомству и, к высказанному сожалению, их за компанию провести не может, абоненты получают только «свои», а ей самой якобы помог поклонник из персонала. Простодушная блондиночка Анна-Лиза доверчиво скушала эту версию, а вот стервозная Рика явно что-то подозревала и периодически заводила разговор о том, что Фиби могла бы и за подруг своего мифического поклонника попросить – пока что изредка и без особой настойчивости.
       В зал-то Риммон и направился, зная, что Фабиана, тщательно следующая своему распорядку, туда через час после окончания занятий в школе подойдет. Скорее всего, этот час и выберет пернатый, чтобы пощебетать ей в уши – какой бы сценарий он для этого не придумал, но с подругами сегодня таскаться у Фабианы особой охоты не будет, и вряд ли Мирко именно сегодня вдруг решит подвезти ее из школы. Селестино же наверняка не терпится выбрать первый же удобный момент. Провести время в зале было куда более приятно – тренерская стажировка хоть формально и предполагала проведение занятий, но на самом деле обязанности сводились к инструктажу и страховке совсем уж начинающих да присмотром, чтобы тренажеры не очень ломали.
       Фиби появилась без опоздания, но в какой-то обычно мало свойственной ей задумчивости. Сейчас, в обличье землянина, дьявол не мог выяснить что-то методами, осуществимыми в эфире, или заглянуть в книгу ее судьбы, но растерянность чувствовалась едва ли не в каждом движении обычно держащейся бодро и уверенно красавицы. Селестино в эфирном своем обличье влетел в зал сквозь стену и молча присел на палку самого высокого турника, поразительно напоминая нахохлившуюся курицу. Что ж, о том, как прошла и прошла ли вообще работа с подопечной, ангел рассказывать явно не намеревался, но, судя по тому, что он ни словом не возразил, когда Риммон, поспешно шагнувший к Фабиане, чтобы поймать выпушенный из холеных наманикюренных пальчиков гантель, как бы между делом полюбопытствовал, что у «его малышки» случилось, что она сама не своя, влияние должно было уже произойти.
       Подопечная на «мою малышку» демонстративно наморщила носик и хмуро буркнула, что все отлично. Фоновое кокетство она себе периодически позволяла, решив раскрутить его на скидку за абонемент или же извиняясь за просроченную оплату – так, чтобы позаниматься в долг, но ни в коем случае об этом не прося, а великодушно приняв поблажку в качестве его инициативы – но все равно здоровенный качек с отталкивающей по мнению землян физиономией не должен был, по мнению Фиби, позволять себе подобных вольностей.
       Настаивать искуситель не стал, согласно кивнув и с равнодушным напоминанием об осторожности отправившись обходить зал. Фабиана-то и сама знала, какие там ей упражнения нужны – зеленым новичком она не была и до их знакомства. Достоверно изобразив занятость и полное равнодушие, пока красотка разминалась и разогревалась на велотренажере, минут через пятнадцать он еще раз как бы мимоходом уточнил, не нужна ли подстраховка при работе со штангой. Вернее, с почти пустым массивным грифом, с которым Фиби всегда выполняла жим и приседания, наотрез отказавшись увеличивать постепенно силовую нагрузку – Риммон-то эту палочку одним пальцем без труда придерживал, но пусть спишет беспокойство на свою сегодняшнюю рассеянность. Поколебавшись, девушка кивнула.
       Еще какое-то время длилось молчание – упражнения как-то не располагали к непринужденной болтовне, а замечаний к выполнению упражнений и дыхалке у тренера не нашлось, не придираться же надуманно только чтобы беседу завязать.
       - Ты в ведь поступил уже в этом году на свое технико-спортивное, – припомнила Фабиана, закончив заход и привстав, чтобы промокнуть раскрасневшееся кукольное личико небольшим нежно-голубым полотенцем. Риммон кивнул, хотя вопросительных интонаций не звучало. – Не трудно теперь параллельно с учебой продолжать здесь работать?
       - Да не особо. Это ж и хобби одновременно, удобно, когда получается совмещать. Многие с наших соревнований для журналов всяких снимаются, реклам, но моя физиономия не для глянцевой обложки! – с кривой усмешкой дьявол обвел взглядом плакаты, развешанные по стенам зала между длинными зеркалами. – А жить надо и хотелось бы получше…
       Подопечная согласно хихикнула и потянулась к грифу для следующего захода. Вопреки стереотипу о подобных красотках, она совсем не была болтлива и не сорвалась бы в треп просто из желания хоть кому-нибудь выговориться, так что занятия продолжила с полной сосредоточенностью. Или даже нуждалась в длинной паузе, чтобы все обдумать – в этом деле такой натренированности и привычки, как в совершенствовании фигурки, за Фиби не водилось, так что процесс протекал с усилием и основательностью.
       - И тебя здесь все устраивает? – с отмеренной долей пренебрежения уточнила она, закончив очередной комплекс упражнений. – Не самое роскошное заведение, не думаю, что так уж щедро здесь платят.
       - Пока сойдет, меня же сюда в прошлом году совсем без опыта работы взяли. Знал-то я достаточно, но всегда так, для себя. Опыт поднаберется, как раз курс к тому времени закончу, тогда и поищу чего поприличнее. Да и так – деньги есть деньги, кому какое дело, где я их беру. Хорошо, когда есть возможность заниматься тем, чем и так увлекаешься.
       Фабиана вздохнула, в процессе спохватившись и выдав это за выдох решительности перед тем, как продолжить упражнения.
       - Да ты с самого начала во всем отлично разбирался! – добавив в голос вымеренную долю маслица, продолжила златовласка через какое-то время. – Ну, почти… мне-то практически и не нужна помощь тренера, но ты все больше на мужчин тут все рассчитываешь. Акцент на силовые тренировки, гири эти… блины. Может быть, стоило взять сюда второго тренера или хотя бы помощника, чтобы с девушками работать: нам ведь совсем другая программа нужна, другой баланс в питании и все такое. Ну, раз сюда берут без опыта работы тех, кто просто по увлечению все знает, наверное, не трудно было бы найти.
       - Может, и так…
       Упражнения, где требовалась подстраховка, завершились, так что Риммон, кивнув Фиби, отправился обходить зал и раздавать дежурные указания остальным занимающимся. Теперь уже сама девушка, как бы незаметно, но то и дело принималась на него посматривать, хотя с вопросами не подходила. Только когда дьявол ненадолго вышел в холл, как бы по совпадению выскочила из зала следом и «случайно» столкнулась.
       - Причесаться надо, а то ужас просто! – деловито объяснила запыхавшаяся уже порядком красавица. Свои похожие на золотую стружку локоны она перед занятиями привычно стянула в высокий хвост, успевший слегка сползти вбок и подрастрепаться. – А ты чего тут?
       - За протеином на склад съезжу, завтра уже поздно будет. Заодно в кафе зайду…
       - О! Подождешь, пока я заниматься закончу, как раз по пути, и в кафешку заглянем вместе! – Фиби кокетливо убрала за ухо вывалившийся из прически локон. – Я почти уже все, закончу только – и переодеваться!
       Риммону показалось несколько странным в таком случае убегать подправить прическу в раздевалку, а не быстренько собрать хвост перед любым из зеркал, которых в зале было более чем достаточно, но он никогда длинных волос не носил и компетентного совета в этом вопросе не мог обещать, так что ограничился непонимающим взглядом.
       - Что такое? – трогательно краснеть и без того разгоряченной упражнениями красотке не потребовалось, поэтому Фабиана просто невинно захлопала глазками. – В компании-то всегда веселее.
       - Если что, у меня вроде как есть девушка! – жутковато оскалившись, заметил Риммон. К чести выдержки Фиби она даже не скривилась, а с натянутым кокетством захихикала. – Кто бы что ни болтал, то, что ее дед крупная шишка, не самое важное…
       - Да я не об этом! Мы же почти год общаемся, можем просто поболтать, как старые друзяшки? – наигранно-дурашливым тоном возмутилась она, легонько хлопая тренера по плечу ладошкой. – Неужели подождать десять минуток жаль?
       - Да нет, в общем-то, – согласился дьявол.
       И прождал, конечно, почти вполовину дольше – если в зале Фиби еще могла себе позволить ненакрашенную мордашку и простую прическу, то после душа со всей ответственностью возилась с феном и косметикой, словно бы вполне миловидное, даже красивое личико было стыдно показывать на улице без штукатурки. Интересно, как далеко она сегодня собиралась зайти в кокетстве, решив непременно подлизаться к малосимпатичному громиле?
       О чем же должен пойти разговор, Риммон уже вполне представлял, однако планы Фабианы не учитывали весьма весомое обстоятельство.
       - Гм…
       Собственно, обстоятельство – невысокого роста, зато почти эквивалентного обхвата, в косой юбке и маечке с картинкой целующихся Кристины Стюарт и загримированным не столько под упыря, сколько под апатичную утопленницу Калленом на груди – встретило их, когда Риммон с Фабианой едва успели выйти на крыльцо в узкий дворик между многоэтажными домами. Подопечная в шоке застыла, а сам Риммон, шагнув вперед, склонился и чмокнул Лолу в пахнущую кремом и шоколадом круглую щечку.
       - Привет, сладенькая! Пришлось немного задержаться. Давно ждешь?
       Лолачка отрицательно протянула «м-м-м» и помотала головой.
       - Кто… что… что ОНА-то здесь делает?! – наконец очнулась от столбняка, но не сразу успешно вернула себе дар связной речи Фабиана. Риммон обернулся.
       - Эй, я же предупреждал насчет моей девушки и…
       - Это последнее, что меня бы беспокоила! – отрезала подопечная. В горящих негодованием глазах легко читалось и невысказанное «Хотя даже ты мог бы найти чего-нибудь и получше», загашенное, должно быть, воспоминанием о недавней оговорки насчет высокопоставленного деда.
       - А-а-ах! Ты же подруга Анетточки! – какое-то время флегматично поизучав негодующую красавицу, восторженно воскликнула Лола, заставив Фабиану побледнеть под слоем свеженанесенной штукатурки. – Милый, ты же видел Анетту, почему ты никогда не говорил, что знаешь ее подружек, их ведь точно сразу запомнишь, просто куколки!
       - Это тебя, конфетка, сразу на всю жизнь запомнишь! – несколько двусмысленно заверил Риммон. – А куколок в зал приходит немало… И я вовсе их не знаю. То есть, не знаю, о чем ты говоришь, эта девушка просто…
       - Просто искала здесь работу! – поспешно выпалила Фабиана, справившись с собой. Не требовалось сверхъестественных сил или какой-то особой проницательности, чтобы догадаться, что же ее так напугало: Лола, водившая со своей подопечной Анной-Лизой слегка подхалимскую дружбу под стабильным человеческим обличьям (а ее внешность была столь же заметной, как и у самого Риммона), а оттого хорошо знакомая и подружкам подопечной, непременно бы разболтала Анни «компрометирующий» секрет не столь уж престижного спортивного центра, в котором на самом деле приходилось заниматься Фиби – и Лола и сама Анна-Лиза имели заслуженную репутацию изрядных болтушек и сплетниц. Потенциальный удар по репутации приводил Фабиану в трепет. – Подумала, можно здесь устроиться помощником тренера, конечно, не особо впечатляет, но без опыта работы сразу и не найдешь получше!
       - О-о-о! – с туманной впечатленностью протянула Лола. – Анни не говорила, что ты ищешь работу…
       - А что, у вас там опять нужен продавец? – с якобы безразличием уточнила Фиби. Пухлая дьяволица отрицательно помотала головой.
       - Ты собираешься заработать на платье для декабрьского бала?
       - Что тут такого? – землянка негодующе поджала губки. – Достойное платье не на распродажах ищут, а я – самостоятельный независимый человек, который не станет навешивать все расходы на папочек и дедушек!
       - А-а…
       - Сомневаюсь, что из тебя получился бы тренер, – после выдержанной паузы признался Риммон. – да и на счет продавца я сомневаюсь…
       - Что? Почему? – несколько больше, чем обещало ее наигранное равнодушие, занервничала Фиби. – Вы же… ты же сам сегодня сказал, что это очень удобно, когда собственное увлечение можно сделать заработком! А я эксперт в программах фитнеса и в стильной одежде, уж кому, как не мне, знать, как добиться всего идеально! Я никогда не хотела работать в обслуживании, но все же магазин одежды – это не то, что овощная лавка! Есть, где проявить мои таланты!
       - Не все, знаешь ли, ставят это целью. То есть, я не сомневаюсь в твоих знаниях и умениях, но есть же определенный склад личности и характера, не всегда подходящий для некоторой работы.
       - Покупатель в магазине – не холст для твоих талантов, Фанечка! Ты все, так сказать, постигала через планирование для самой себя, но не всем же, как бы это…
       - Быть тобой! – понятливо закончил Риммон. Подопечная захлопала глазами уже без кокетства, а с совершенно искренней растерянностью. – Ну, представь, возьмут тебя где-то тренером, а в зал может придти девушка… да вот хотя бы Лолачка!
       - Я не приду! – со смешком возразила Лола.
       - Ну, или почти как она. Как ты собираешься работать с таким пренебрежительным отношением ко всем девушкам, кто не стремиться быть, как ты.
       - Если… почти… хотя и не до такой степени – но как она, все же приходит в зал, то, наверное, заинтересована чего-то добиться! – процедила землянка.
       - Заинтересована. А ты сможешь сделать так, чтобы этого интереса хватило до каких-то результатов, а не на пять минут, после которых клиентка сбежит в слезах от твоего отношения? Сможешь спокойно отреагировать, если после четвертьчасового разжевывания, какие именно выполнять упражнения и соблюдать режим питания, услышишь что-нибудь вроде, ну…
       - А можно, если выполнять, но без диеты? – с доверчивой улыбкой Лола уставилась на Фабиану темными, как маслины, глазками. – Диету я точно не выдержу!
       Землянка сдержанно скрипнула зубами.
       - Пока у тебя нет специальности, позволившей бы быть ценным работником сама по себе, а единственным возможным доходом остается сфера обслуживания – следует научиться хитрить и изображать любезность, как бы ты на самом деле ни относилась к тому, чем приходится заниматься! Любая работа, даже по интересам, потребует в чем-то себя сдерживать.
       - Моя – нет! – опять вставила реплику Лола. – Мне действительно только в радость работать с покупательницами.
       Фабиана прожгла толстушку еще одним презрительным взглядом. Вернее, попыталась прожечь, но в очередной раз не пробила щит глуповатого добродушия.
       - Я… я вполне уверена, что могу, если постараюсь! – заверила подопечная.
       - Ну… может быть, и можешь. Прости. Наш зал не настолько большой, чтобы целесообразно было брать второго тренера или даже помощника, так что, увы, помочь ничем не могу.
       - И продавщицы никому из знакомых мне магазинчиков сейчас не нужны! – сочувственно покивала Лолачка.
       - Впрочем, если ты действительно решила несколько сдерживать свой характер, наверное, среди доступных вариантов найдется способ заработка, который, если тебе вдруг срочно потребовались деньги, можно и потерпеть до тех пор, пока в перспективе не найдешь что-то получше.
       Судя по выражению лица Фабианы, самый напрашивающийся вариант ей совсем не понравился. Что ж, сама виновата, крошка, не было времени и желания искать подработку раньше, так неужели ее можно найти меньше чем за неделю, если не поумерить придирчивость?
       - Возможно… ладно, прости, что помешала, если бы ты предупредил, что собираешься встретиться с… с де-евушкой, я бы, конечно, не стала бы навязываться с компанией.
       - Я только рада увидеться! – жизнерадостно заверила Лола. На этот раз Фиби удалось не скорчить гримасу.
       Фабиана побрела прочь, а наблюдавший за всем этим с крыши Селестино плавно спорхнул вниз, вместе с воплотившимися дьяволами проводив удаляющуюся девушку молчаливым взглядом.
       - Неужели непременно надо было представлять стремление быть добрее и терпеливее к людям как лицемерие? – наконец, спросил он. Вероятно, не ожидая ответа, Риммона-то до возвращения в эфирное обличье было очень даже слышно. – В остальном… вы были как-то даже подозрительно правы.
       Дьявол изобразил удивленную гримасу. Что ж, он так и думал, что сам пернатый тоже попытался донести до подопечной мысль о возможности заработать до зимы потраченные на экскурсию деньги, с такими сроками не до придирчивости. Вот только удобную лазейку, разрешившую при этом простенький конфликт с собой, не предложил – это уже и было делом искусителя. Теперь Фабиана попытается помириться с родителями и поработать в семейном магазинчике, ничего хорошего, с точки зрения дьявола, но когда деньги нужны срочно, можно и пойти на уступки. Временные.
       Закончив сверлить противника недоверчивым взглядом, ангел, так и не разобравшийся, в чем же был подвох, вспорхнул и полетел вслед за подопечной вдоль дворика, а Риммон обернулся к Лоле.
       - Собираешься разболтать своей Энни, что малышка искала работу?
       - Думаю, после такого ничего не найти будет еще большим поводом для насмешек, чем найти. Хотя… до определенной степени.
       - Определенно. Ты уже говорила с Азазеллой насчет третьей куколки?
       - И не только с ней! Послезавтра очередь Барбю в занятиях Проекции, так что все земляне, считай, уже на своих местах! А сегодня…
       - Сегодня мы отлично поработали и можем немного отдохнуть в человеческом мире! – Риммон обнял Лолу за плечи. – Пусть Селестино за Фиби таскается. Чтобы договориться с семейкой, ей не помешает фон ангельской кротости и терпения!

0

5

Часть 4
Несмотря на усталость от занятий в зале и куда более изматывающей попытки разговора, Фабиане потребовалось автоматически прошагать почти весь путь до дома, чтобы сбросить невольную оторопь окончательно. Эта несуразная толстушка, с которой Анни сдружилась в прошлом году на почве общей страсти к тряпкам и бессмысленным покупкам, конечно, упоминала пару раз о том, что у нее якобы есть парень, но скептически к этим заявлениям относилась даже сама Анна-Лиза. И вот, пожалуйста, этот мифический персонаж оказывается не просто существующим, а еще и знакомым. Сам Рем тоже, конечно, не сказочный принц и совершенно не во вкусе Фабианы, но… фантазии не хватает представить, насколько же крупная шишка этот упомянутый дед, если это стоит ухаживания за глуповатой вульгарной особой, у которой рост практически совпадает с окружностью талии, а манера одеваться… бр-р-р! Те, кто заявлял о высокомерной нетерпимости Фабианы к чужим недостаткам, преувеличивали: она вполне могла простить невысокий рост Рики, с которым ничего нельзя было поделать, или бестолковость Анны-Лизы, обе подруги, по крайней мере, старались выглядеть как можно лучше! Но Лола – Лола была хуже всех тех серых мышей, чудачек и унылых заучек, что Фиби только видела среди одноклассниц! Рем с его неандертальской физиономией, конечно, вполне мог довольствоваться и просто невзрачной девицей, но чтобы такое…
       Хотя, наверное, он все же прав. Полезными людьми бывают не только подходящие парни, чье внимание хочешь завоевать, много с кем приходится столкнуться в жизни, так что стоит притворяться получше и не выдавать своего искреннего мнения, даже ради такой мелочи, как временные подработки.
       Деньги за экскурсию надо будет сдать не позже среды, будь у Фабианы хоть немного больше времени на решение, она, конечно же, постаралась поискать работу хоть немного более по вкусу, но всего за два дня… похоже, и впрямь самым разумным будет довольствоваться единственной верной возможностью, это же только на время… и, действительно, какое кому дело? Никому в школе, конечно же, ни к чему вообще знать, где именно Фиби нашла работу…
       Холодком по коже вспомнились слова Мирко, достаточно частые. Избалованный принц с самого начала невзлюбил их одноклассника Даниэля, которого растил одинокий отец в достаточно скромном достатке, а Фабиана с подружками сами подлили масла в огонь, изображая интерес и осыпая Дэна комплиментами, стоило только обоим парням оказаться неподалеку одновременно. Внимание-то привлекли, но непонятная неприязнь Мирко к «голодранцу» превратилась в совсем уж лютую ненависть, в том числе периодически блондинчик проходился и по «семейному бизнесу» – автомобильной мастерской, сводящей концы с концами в основном потому, что Дэн работал у отца бесплатно. Фиби отношение вполне разделяла, но, если она сама теперь решит работать у собственных родителей, не перекинется ли пренебрежение Мирко уже на нее? Тогда все старания насмарку! Однако магазин не так уж близко к школе и никто из одноклассников на той же улице не живет, откуда им догадаться?
       Последнее беспокоило Фабиану больше всего. Именно поэтому, размышляя об опасности разоблачения весь вечер за привычными делами, когда семья собралась за ужином, девушка, мимоходом коснувшись темы, оказалась еще раз за тот же день выбита из колеи.
       - Именно теперь тебе надо было вспомнить? – с посмурневшим видом продолжая раскладывать жаркое и спагетти остальным, поинтересовалась мама. Фабиана опустила было глаза к собственной тарелке с салатом и кусочком белого мяса – ее альтернативный вариант общему ужину, но тут же, спохватившись, вскинула голову.
       - А в чем дело? Ты же все уши мне прожужжала о том, как нужна моя помощь в магазине!
       - Да уж, пригодилась бы! – отставив кастрюлю, мама театрально всплеснула полноватыми руками. – Летом и в первой половине осени, когда товар сплошняком каждый день шел. Только ты даже слышать об этом, помнится, не хотела, пришлось временных работников нанимать, едва в доход вышли. Теперь-то уж и вдвоем вполне справляемся…
       - В первой половине осени ты твердила только о том, что я оценки должна исправить, а не о чем-то еще думать! Сейчас с учебой все… ну, не хуже обычного, значит, я могу и о подработке подумать.
       - Нельзя всеми пренебрегать, а потом спохватываться, когда тебе самой вдруг что-то оказалось нужно! – с многозначительной строгостью заметил отец.
       - Ой, ну и ладно, все! – девушка уткнулась взглядом в тарелку. Верный вариант на проверку оказался не таким уж гарантированным, как ей казалось… и это после того, как она полдня собиралась с духом предложить! – Только потом не говорите, будто это я не хочу помогать.
       Какое-то время тишину нарушало только общее жевание и ерзанье братцев на поскрипывающем ножками стуле.
       - Слушай, ты все равно собирался съездить к братьям за новой партией овощей, – припомнила мать после примерно минутного молчания, неуверенно поглядывая на отца. Фабиана продолжала сидеть, демонстративно уткнувшись в тарелку с видом полного безразличия, только незаметно пыталась коситься на родителей. – А мне как раз надо навести порядок с бумагами и развести по всем инстанциям, ты знаешь, какая там неразбериха, несколько дней точно потребуется. Не хотелось бы закрывать магазин в мое отсутствие. Если у Фаби наконец-то появилось желание заняться полезным делом, пусть хотя бы попытается – завтра после школы мне помочь, а до конца недели подменить меня за прилавком. Ты ведь не против, Фаби?
       - Если это ни к чему, то «какое-нибудь полезное» занятие я всегда могу найти! – с невольной надеждой поднимая голову, пробормотала девушка. – Просто удивилась! Впрочем, если вдруг действительно нужно, я не против.
       Только к лучшему, что «самый сезон» уже завершился и работа будет хотя бы за прилавком, а не на складе или в подвале, где пришлось бы таскать ящики и перебирать от гнилья бесконечные тонны овощей и фруктов!
       Мама улыбнулась. Припомнив недавний разговор, Фиби постаралась улыбнуться в ответ как можно добродушнее. Конечно, ее ждут не лучшие времена и кучу дел придется подвинуть, стоя после школы за прилавком, но именно сейчас родители все же ее выручают.
       - Кроме воскресенья. У нас школьная экскурсия в какой-то замок-музей.
       - Думаю, я все успею закончить еще до пятницы! – не слишком убедительно заверила мама, но против экскурсии, по крайней мере, никто слова не сказал.

Эх, побыстрее бы все-таки Мирко предложил ей встречаться. Не просто завоеванный красавчик, но еще и парень из состоятельной семьи, под настроение весьма щедрый, особенно если хочет этой своей состоятельностью блеснуть – скольких проблем можно было бы избежать. Как верно заметила Федерика – ошибаясь только насчет своей кандидатуры – своей девушке он бы точно купил билет на экскурсию. Или даже заплатил за выбранное платье в магазине – если ему не жаль хоть и раздолбанную, но все-таки машину было предложить ненавистному Дэну, то уж для приглянувшейся девушки ничего не будет жалко! И необходимость думать о какой угодно подработке отпадет… разве что ради интереса чем-нибудь заняться!
       Заснула Фабиана в самых радужных мыслях, заодно перебрав в уме, что за занятия такие это могли бы для нее быть – в конце концов, из них предполагалось выбрать что-нибудь правдоподобное…
       Когда бы Анна-Лиза не успела переговорить с этой своей Лолой – возможно, та сразу после свидания повисла на весь вечер на телефоне или они встретились где-то в торгово-развлекательном центре – но завтра же в школе обе подруги, разумеется, накинулись на Фиби с расспросами относительно поиска работы. Федерика, как обычно, изображала едкий скептицизм – мелочь, конечно, по сравнению с тем, что пришлось бы выслушать, узнай она, что подруга еще и ходит заниматься именно в этот непрезентабельный зал! Как много, интересно, разболтала Лола? Рем ведь выдал из более давнее знакомство, принявшись рассуждать о характере, оставалось надеяться, что сложных логических выводов в процессе пересказа сплетен ни Лола, ни Анни делать были не склонны. И то, что именно ей отказали
       - Ну да, решила посмотреть хотя бы, – устало «призналась» Фиби. – но такой захудалый клуб уж точно не то место работы! Просто не тянет ту минимальную зарплату, на которую я рассчитывала: весьма высоко оценили мои знания и умения, даже самоучкой, но позволить себе не могут – вот так! Хотя именно через него удалось узнать кое-что заметно лучше…
       - Да ну? – в один голос воскликнули подруги, пододвигаясь ближе и едва ли не сверля Фабиану взглядами. Та лениво перетекла на стуле в позу поизящнее.
       - Буду после занятий участвовать в рекламе, ну, для популяризации здорового питания и вообще образа жизни! – прищурившись, лениво бросила она. – Фитнесс-клубы обычно сотрудничают с журналами и участники соревнований там снимаются, но у них там накладка вышла, а я, хоть и не с соревнований, но отлично выгляжу.
       - Типа… сниматься? Как модель? – севшим от волнения голосом переспросила Анна-Лиза. Большие карие, как у наивного теленка, глазки пытались засиять звездами. – Ой, а можно мне то-о-оже с тобой?!
       Федерика недоверчиво молчала.
       - Это же не совсем то… ну, в смысле, не демонстрация какой-нибудь одежды! – слегка нахмурившись, возразила Фабиана. – Тут мало быть вешалкой, надо иметь действительно безупречную спортивную фигуру, внимание будет на саму модель, не на платье!
       - Так это что, без одежды, что ли? – все еще ядовито и недоверчиво, но с услаждающими слух нотками зарождающейся зависти, хихикнула Рика. Фиби окинула подруг снисходительным взглядом, уже полностью отдавшись моменту и произведенному эффекту. То, что съемки благополучно выдуманы вчера вечером, превратилось в какой-то малозначительный штришок за кадром. День прошел просто отлично, Анни засыпала вопросами, их даже пару раз едва не выгнали с урока за болтовню, Федерика тоже спрашивала, далеко не так восторженно, с явной подначкой, словно надеясь подловить на лжи. С почти непритворным сожалением Фиби заявила, что пригласить на съемки рекламы подруг не может – как новичок она сама там пока не стала «своей», нет, больше модели там не нужны, вовсе не потому, что подруги не самого подходящего типажа, хотя и не так хороши, как она сама, но, может, когда будут следующие съемки, если там потребуются еще модели – она предложит и им попробоваться, разумеется, они же подруги! Интересом быстро заразились две болтушки Кандида и Руфина, а к большой перемене уже весь класс, несомненно, был в курсе. И Мирко, пусть блондин и изобразил полнейшее равнодушие, с намеком, что знаком де с множеством настоящих профессиональных моделей и фотографов, чему там восторгаться.
       Торговля в первый день, еще в присутствии и под присмотром мамы, тоже прошла даже лучше, чем можно было ожидать. Поначалу, вспоминая слова Рема, Фиби совсем не была уверена, что окажется способна долго и без раздражения улыбаться, любезничая с покупателями, но еще по пути из школы неожиданно пришло решение, созревшее на впечатлениях первой половины дня – почему бы не представить, что и впрямь снимаешься в рекламном ролике – или даже фильме – где должна просто играть продавщицу? Так получалось без напряжения помнить о «роли», не раздражаться «очередному дублю» и вообще занятие стало казаться гораздо веселее. Фабиана даже импровизировала, совсем как в рекламе, расписывая достоинства и полезность того или иного фрукта или овоща то в диетических, а то и в косметологических целях. Маму, кажется, ее выступление… то есть, ее работа в тот день вполне устроила и успокоила. Да и сама Фабиана, хоть ее и тревожила перспектива завтра остаться в магазинчике одной, приободрилась – все складывалось совсем неплохо.
       В среду в школе ее снова встретили навязчивые расспросы Анны-Лизы, Кэнди с Финой и даже невольное внимание рыжеволосой фифы Глории, которую Фабиана с самого появления той в школе просто терпеть не могла, но сегодня попытки длинноволосой милашки (кое-кто имел наглость оспаривать статус Фиби как первой красавицы Золотой Школы – и как раз с появления Глории!) робко прислушиваться к разговорам тоже выглядели весьма лестно. К счастью, Фабиана читала достаточно журналов и смотрела достаточно передач, чтобы сочинить достаточно подробностей и деталей выдуманным «съемкам». Рика, должно быть, злилась, поэтому сегодня всячески избегала компании подруг на переменах, зато с самим Мирко удалось восторженно поделиться выдуманными впечатлениями – он, конечно, должен был быть осведомленнее в деталях, но опасение попасться успело притупиться, да и всегда можно, хлопнув глазками, согласиться, что «что-то, может, и перепутала от волнения», если скажешь вдруг не так. Да и парень слушал отнюдь не с тем пристальным вниманием, что одноклассницы, сам то и дело перебивая рассказами о своих знакомствах с моделями и фотографами, заодно ненароком намекнув, что может к кем-то из них познакомить. Анна-Лиза моментально уцепилась за блондина, как клещ, Фиби же с вежливым равнодушием подтвердила, что это, наверное, было бы интересно, если найдется время. Наверное, все-таки слегка переборщив, но уж точно держась с большим достоинством…
       Она уже успела окончательно поверить, что все непременно пройдет отлично – так все выглядело в школе, так казалось по возвращению, когда мама попрощалась и, повторив еще раз все инструкции на всякий случай, умотала решать свои «бумажные вопросы», а потом еще два с половиной часа за прилавком в придуманном ролике…
       А через два часа тридцать семь минут в магазинчик, небрежно толкнув бочком дверь, вошла Федерика!
       Фабиана еще не успела толком ошеломиться появлению подруги, которая жила совсем в другом районе города и случайно оказаться на этой улице ну никак не могла, да и в гости внезапно нагрянуть без приглашения, особенно когда Фиби и дома-то быть вроде как не должно было, не должна была.
       Или Рика явилась специально, чтобы разоблачить рассказанное в школе? – этим вопросом девушка тоже задалась с заметным запозданием, скованная ступором, словно ледяной коркой, затормозившей даже мысли, не в силах осознать весь масштаб произошедшей катастрофы. Потому что уговорами Федерики держать язык за зубами – пусть это и были бы нелегкие уговоры, которых вполне хватило бы для ощущения неприятностей – дело уже явно бы не ограничивалось. Вместе с брюнеткой вошел – вернее, она его втащила за собой, повиснув на руке – Мирко собственной персоной.
       - Говорю же, мой кошелек выпал из сумочки! – нудно тянула Рика, словно бы пока не замечая застывшую столбом продавщицу. – Ну, купи мне апельсин, ну пожа-а-алуйста…
       - Ох, надеюсь, в этой убогой лавчонке принимают оплату с карты! – вяло следуя за энергичной девицей, недовольно бурчал блондин. – И зачем мы вообще сюда свернули, ты же хотела…
       Отпустив, наконец, его руку, Федерика обернулась и, встретившись взглядом с Фабианой, тоже словно бы в потрясении застыла.
       - Фиби? А ты что тут делаешь? Ты же на этих своих съемках для спортивной рекламы! – громко воскликнула она и всплеснула руками. Золотоволосая девушка стояла, не в силах не шевельнуться, ни ответить, с ужасом наблюдая, как медленно-медленно взгляд Рики прослеживает Мирко. – Так это что, магазинчик твоих родителей? Я снаружи и не заметила, что здание знакомое… далековато, однако, от центра мы как-то добрались… а что с тобой случилось? Съемки отменили? Или… – тут брюнетка уже не сдержала змейкой скользнувшей по губам улыбки. – Тут твоя «реклама» с самого начала и…
       Мирко с невыразительной миной молчал, тоже рассматривая неподвижную Фабиану за прилавком. Потом с легким недоумением обернулся к Рике:
       - Слушай, ты чего, вытащила меня на это «свидание» специально, чтобы сюда привести?
       - Что? С чего ты взял? Я и не помнила уже, какой именно овощной лавкой ее родители владели. К тому же Фиби всегда говорила, что ни за что в делах магазина участвовать не собирается… Фиби, у тебя все в порядке? – изобразила она участливую взволнованность. – Неужели ты сдала на экскурсию часть денег, которых тебе и так едва хватало на платье? Так мы могли…
       - Хватит уже! – с неожиданным раздражением прервал брюнетку Мирко. – Что это вообще за дружба у вас такая, если в порядке вещей подставлять друг друга и издеваться? Мало остального класса…
       - Можно подумать, это я ее заставила врать насчет ее подработки! – опять всплеснула руками Федерика. – Я…
       - Тоже не сказать, что оказалась такой уж честной! – отрубил парень. – Ну что же, цель достигнута, раз уж мы здесь, полагаю, «свидание» закончено? Что ты там хотела, апельсины?
       В напряженном молчании Мирко набрал из ящика на прилавке золотисто-оранжевых шариков и сам бросил на весы. Оцепенение Фиби сменилось мелкой сдержанной дрожью, она по-прежнему не решалась издать ни звука, опасаясь, что звук это непременно получится предательским всхлипыванием.
       - Вот, держи и пока! Мне еще расплатиться надо, можешь не ждать!
       - Ты что, даже не подвезешь меня домой? – с негодованием уставившись снизу вверх, воскликнула Федерика. Мирко вручил ей бумажный пакет с апельсинами.
       - Увидимся завтра в школе! – с расстановкой произнес он.
       - Ну и пожалуйста! Пф! Надеюсь, остальные модели и съемки, о которых ты болтал, не ЭТИМ под стать! – злобно скривившись, Рика развернулась и вылетела прочь. Мирко снова посмотрел на Фабиану.
       - Так что, вы принимаете карты или нет?
       Почти с болью вдохнув, Фиби все-таки разрыдалась.
       - Эй, ну ты чего? Вы трое же постоянно друг над другом подшучиваете и цапаетесь! Ну, в основном, над Анни… Если хочешь, я в школе могу сказать, что она это свидание сочинила, если решит болтать?
       Что толку хранить секрет в школе, если он сам о нем уже узнал?! Девушка попыталась ответить, но только разрыдалась еще горше.
       - Да и что тут такого? – продолжал Мирко. – Я летом тоже у отца на фирме подрабатывал, он все требует, чтобы я с самых азов приобщался к семейному бизнесу. Это, конечно, не апельсинами торговать, но с родителями ни в одной сфере не поспоришь! Ну, зачем так бурно реагировать?
       - У вас было свидааа-а-ание?
       - Да, как свидание, выдернула и привязалась, не отвертеться! Так, недоразумение с самого начала и было! А ты что?.. Ну, прости! Пригласил бы тебя в утешение на декабрьский бал, но заранее договорились с Сереной – так что это только если у нее не получится пойти! А, может…
       Сереной звали еще одно рыжее чудо на класс младше них, которое к тому же было гораздо наглее и высокомернее Глории. Мода, что ли, на этих морковковолосых?!
       - Ты… тогда… говорил про… Даниэля! Я думала… ты считаешь…
       - Даниэль кретин! – отмахнулся Мирко. – При чем тут вообще он. Он и бесплатно сколько угодно вкалывать будет, лишь бы всем продемонстрировать, какой он трудолюбивый умелец! А у тебя и правда с деньгами проблемы?
       Фабиана промычала что-то нарочито-невнятное между всхлипами.
       - А почему не говорила ничего? Если тебе эта работа так не нравится, что такое прикрытие сочинять потребовалось, может, нашли бы тебе что получше? А хоть бы и у нас! – блондин обошел прилавок и, взяв Фабиану за руку, заглянул в заплаканные глаза (хорошо еще, тушь и тени качественные, водостойкие, а то выглядеть бы сейчас полнейшим призраком из ужастика!). – Или у меня… Слушай, как тебе предложение – я заплачу стоимость твоего билета на экскурсию и никому ничего не рассказываю в школе – если заявить, что Рика свидание придумала, то и все остальное тоже недоказуемо, верно? А ты взамен до бала работаешь на меня! Будешь в школе и на поездке выполнять мои указания, как в остальное время – договоримся походу. Как тебе?
       Плач перестал сжимать горло так же резко, как и подступил, Фабиана в недоумении уставилась на скалящегося улыбкой блондина.
       - Работать служанкой? – едва слышно переспросила она.
       - Эй, ты же не думала просто получить все так, в подарок! – мягко пожурил Мирко. – Не бойся, форму горничной надевать или называть меня «синьор» не придется, просто делать то, о чем я попрошу. И не куксись! Будешь хорошей девочкой, я тебя, может быть и впрямь попозже познакомлю с настоящим фотографом или агентством съемок рекламы! Ну… завтра в школе ответишь, бывай – за апельсины тогда и отдам.
       Фабиана не шелохнулась. Только когда блондинчик, любезно распрощавшись, с довольной улыбочкой вышел, бесконечно долгую минуту после его ухода, девушка, не поворачивая головы, резко схватила с витрины помидор, глубоко вонзившись в мягкие бока скрюченными пальцами и, что было сил, швырнула его, распластав по стеклянной витрине полупрозрачную кляксу в красных ошметках мякоти.
       Ну почему, почему, все люди вокруг нее в итоге оказываются такими гадкими? Почему абсолютно никто в этом мире не хочет сделать что-нибудь для нее просто так, без подвохов и дурацких условий?! Разве она даже крошечного подарка от судьбы не достойна?!

Наверное, это были последствия шока, но на Фабиану навалилась странная апатия, позволившая даже, приведя себя в порядок и оттерев взорванный помидор от стекла (хорошо хоть что-то потверже не подвернулось под руку, а то бы еще за стекло расплачиваться!), дождаться возвращения мамы, а не сбежать из проклятой лавки, из-за которой теперь вся жизнь повисла на волоске, как только чертов Мирко удалился. Да что он о себе вообще возомнил, этот избалованный мажор? Что она из кожи вон полезет ради его внимания и школьной репутации?! Парням не полагается догадываться о подобном, даже… ОСОБЕННО, когда они догадываются верно! Потому и наглеют… Почему-то за размышлениями Фиби не беспокоила даже опасность, что чертова Рика, разочаровавшись в реакции парня, может и еще кого-нибудь сюда «случайно» привести – Анни или Кенди с Руфиной, чтобы те уж гарантировано растрепали по всей школе о обмане и позоре первой красавицы – но в голову это пришло уже только вечером, а сама треклятая стерва, видимо, не ожидала, что Фабиана после такого останется в магазине.
       Собственно, только вечером к девушке вернулась относительная ясность мыслей и понимание, что школьная репутация теперь зависит целиком от милости Мирко, похоже, решившего воспользоваться этой возможностью в полной мере – а еще сочувствие изображал, подлец! О том, как подруги не должны поступать, он рассуждает, а сам… впрочем, Мирко не подруга. И при других обстоятельствах на то, как он обломал Рику, при других обстоятельствах было бы забавно посмотреть.
       Риторическим вопросом, почему Федерика так с ней обошлась, Фиби не задавалась. Скорее – почему ей самой не подвернулось шанса так же набрать очков за чей-то счет! В чем-то даже повезло, что Рика этот шанс спустила вхолостую.
       Мирко пообещал, что будет молчать. И о сегодняшней встрече, и о «предложенной работе». Так, может быть, необходимость играть роль служанки будет выглядеть, как сближение с ним? И вообще будет шансом сблизиться – предпочел же Мирко возможность манипулировать главной красавицей свиданию с Рикой, а Анна-Лиза, если бы он только предложил, без всякого шантажа и угроз с восторгом согласилась бы делать все, что он захочет.
       «Значит, он все-таки выделяет меня… пусть и так, по-козлиному, но все ведь можно изменить, когда мы начнем встречаться… как бы начнем – пусть Федерика думает, что это я просто сама благодарю его за сегодняшнее, то-то она разозлиться!»
       Вот только… вот только, согласившись на подобную отработку, Фиби будет вынуждена скрывать еще и это, что поставит ее в еще большую зависимость от наглого избалованного красавчика!
       Да и изображать внимание и ухаживание вокруг парня было совершенно не по душе Фабиане – это дело парней проявлять внимание, и ухаживать ЗА НЕЙ, однако, если оттолкнуть сейчас Мирко, то не только с ним ничего не выйдет, а хоть в другую школу после всего этого переходи! И вообще, может быть, это проверка такая с его стороны, чтобы оценить ее отношения?
       «В любом случае, это позволит нам куда больше времени проводить вместе, а общие секреты должны людей сближать! Во многих мелодрамах герой поначалу ведет себя отталкивающе, а потом все меняется…»
       Должно же рано или поздно такое случиться и с Фабианой! Она едва ли не с одиннадцатилетнего возраста так усердно работает над тем, чтобы привлечь к себе внимание – обязан рано или поздно появиться в ее жизни богатый красавец, который готов будет окружить ее роскошью и заботой. Мирко, хоть и строит из себя хорька, но вполне годится на эту роль – так что лучше бы им сблизиться еще в школе – и у него есть основания, когда вокруг столько корыстных «завоевательниц» вроде Федерики, проверить, как присмотренная девушка к нему относится! Может, даже и к лучшему, что он не доверчивая тряпка!
       «Готова была потерпеть магазин – уж Мирко-то тем более вытерплю даже с капризами! Надо думать об этом просто как о сложном начале отношений» – по дороге на следующий день в школу, Фабиана твердо решила ответить на приглашение блондина согласием.

Отредактировано Владлена (2015-06-25 14:15:00)

0

6

Часть 5
Самым паршивым в катастрофе, которой закончилось поначалу казавшаяся такой перспективной возможность изменить жизнь подопечной, было то, что Селестино совершенно некого было обвинить в этом, кроме самого же себя! Не только подготовил почву для дьявольского плана, внушив Фабиане важность терпения и сдержанности, которые непременно справедливо окупятся впоследствии, но и проворонил заговор дьяволов буквально у себя под носом! Следовало бы обратить внимание на появление Лолы, хотя ее собственной подопечной поблизости не было, да прислушаться повнимательнее, о чем там искусители договаривались – решил, что это неловко, в конце концов, Риммон и Лола действительно вроде как встречались в последнее время – на свой взаимно странный манер… да и кого он обманывает – дело было вовсе не в деликатности, а в том, что он предпочел последовать за подопечной, решив, что раз дьявол искуситель закончил свое воздействие, то больше он и внимания не стоит, что наблюдать за Фабианой важнее… и все как будто бы пошло хорошо, а он и не подозревал, что Риммон сговорился еще и с дьяволами Мирко и Федерики! Может, самому следовало переговорить с ангелом Мирко – Мануэлем – но чем тот, потерпевший не менее сокрушительное поражение в проекции, мог помочь? Это походило бы на попытку перекинуть свои проблемы на чужие плечи. Да и не верил Тино, что богатый одноклассник должен будет сыграть в судьбе подопечной хоть сколь-либо значимую роль! Не верил… вернее, совсем не хотел верить. Вечно Фабиана обращала внимание не на тех парней и не на те качества, что могли бы сделать ее действительно счастливыми! Увы, это и самого его – в земной своей роли, конечно, касалось… даже если бы Селестино и захотел, то не смог бы стать настоящим возлюбленным для землянки, а все мальчики, способные изменить ее жизнь к лучшему, либо не совпадали по кругам общения, либо считались недостойными внимания, либо отталкивались неприятным характером Фиби. И никакого опыта из прежних разочарований девушка не извлекала! Замкнутый круг – то ли ей не измениться, пока не встретит настоящую свою любовь, то ли не встретить любовь, пока не изменится и не пересмотрит круг общения!
       Их очередь практиковаться в Проекции, последний отчаянный шанс убедить Фабиану признаться во всем самой и не становиться марионеткой, зависимой от манипуляций не Мирко, так Федерики, была на следующее утро, но так и закончилась ничем. Отчего-то разоблачение во вранье казалось Фиби столь глобальной трагедией, что она школу готова была бросить, если такое все же произойдет – Селестино просто не решился сильно давить на нее, опасаясь такой острой реакции.
       Так то, что должно было стать жизненным уроком терпения, вроде и произошло, да так, что и впрямь обернулось одним исключительным лицемерием. До конца недели Фабиана с внешним восторгом крутилась вокруг Мирко и всеми силами добиваясь его одобрения. Рика, как ни странно, не торопилась с разоблачениями – или пыталась придумать, как можно было бы сделать это как можно более шокирующим, поскольку необъяснимое со стороны «сближение» Фабианы с Мирко засталяло ее становиться все мрачнее и язвительнее буквально с каждой минутой.
       - Ты, часом, не влюбилась подруга? – невзначай осведомилась брюнетка, вместе с Анной-Лизой перехватив Фиби в самом конце большой перемены, когда та, вместо того, чтобы привычно пообедать и шататься с остальной шайкой, изображала не то поклонницу, не то официантку для Мирко. – Сама же всегда говорила, что тупость это – влюбляться в парня раньше, чем сама завладеешь всем его вниманием.
       - А кто говорит о «раньше»? – понизив голос, хотя сам блондинчик на время исчез из поля зрения, туманно протянула Фиби. – Он сам сделал мне шаг навстречу – уж я-то не стала бы навязываться!
       - Тогда чего это ты ведешь себя как заботливая мамаша, а вовсе не девушка, за которой ухаживают? – эхом поддержала сомнения Анна-Лиза, которой Рика все уши на эту тему за переменку вдвоем прожужжала.
       - Нет ничего плохого в том, чтобы продемонстрировать заботу о близком человеке и благодарность за его внимание! – высокомерно отрезала подопечная Селестино. – Может, когда вы встретите кого-нибудь особенного, вы тоже поймете!
       Федерика скрипнула зубами, но промолчала. Она явно списала наигранное сближение на вчерашний «благородный» порыв Мирко – она-то ведь не видела, чем тот разговор завершился – и злилась, что сама непродуманным планом подтолкнула присмотренного парня к успевшей стать заклятой подружке. Уже со следующего дня Рика и Анни справились с первоначальной оторопью и принялись навязываться «за компанию» вместе с Мирко и Фабианой, начисто игнорируя иногда проскальзывающую неуместность. Теперь они держались в школе преимущественно вчетвером, хотя и заметно было, что Фиби держится при этом ближе к парню, а между подругами, напротив, наметился очевидный раскол.
       Не к лучшему ли было действительно прекратить отношения с Федерикой совсем? Селестино был бы в этом убежден, раз уж случай подвернулся, но, если на нормального парня при определенных уступках его подопечная и могла вполне рассчитывать, то нормальных девочек, готовых с ней дружить, ангел пока просто не представлял. Не оставаться же Фиби совсем одной!
       Дьяволы – в особенности искусители трех девиц, но иногда к ним присоединялся и синеволосый Барбю, искушавший Мирко – постоянно болтались невидимками следом за компанией, со смехом и едкими комментариями наслаждаясь представлением. Чуть позади следовали и ангелы, к сожалению, у Леа, Клары и Мануэля вид был совершенно подавленный и они явно не лучше Селестино представляли, как можно исправить ситуацию.
       Заодно выяснилось, что отговорку, что Мирко уже пригласил на декабрьский бал Серену, но, если что-то пойдет не так, готов и сменить партнершу, слышала не только Фабиана, но и Федерика! Пусть это было явной отговоркой и пустым обещанием, но…
       - Что же за мерзкий тип! – невольно передернув вспушенными крыльями, не сдержался Селестино. Мануэль виновато отвернулся.
       - Ты не виноват! – тихо заверила друга Клара. – Они все мерзкие, и такими нам уже достались!
       - Будь люди хороши сами по себе, мы и не были бы им нужны! – напомнил Тино, как обычно, задетый подобными словами. Подопечные запутались и нуждались в помощи, а Клара, похоже, их самих считала навроде противников.
       - Но когда они НАСТОЛЬКО сами по себе плохи – то зачем им в таком случае дьяволы? – упрямо хлопнула бледными крылышками обычно тихая одноклассница. – Федерика заявила, что ничьим запасным вариантом становиться не намерена, что у нее и без Мирко достаточно приглашений получше… соврала, как обычно. Если эта Серена пошлет его подальше, Рика всеми силами ухватиться за возможность.
       - Мирко не приглашал Серену, только собирался. Она вроде как нравится Дэну, а Мирко совершенно уверен в превосходстве своей кандидатуры. Ну, вы же знаете! – подавленно признался Мануэль.
       - А Анни он не приглашал. Но с тех пор, как они стали всюду ходить с Фиби… Кажется, Лола вот-вот убедит нашу подопечную как можно быстрее самой ему признаться, вроде как, иначе ее опередят… – добавила Леа. Ангелы почти синхронно вздохнули. – Он ведь даже и не особенно-то ей нравится! Все это дурацкое стремление ни в чем не отставать от подружек!
       - Ну, хватит! – рубанул ладонью Селестино. – Раз мы допустили все это, то надо не злиться и не жаловаться, а думать, как мы можем все исправить.
       Взгляды Клары и Мануэля в ответ на напоминания не радовали.
       - Я бы и не против! – мягко ответила Леа. – Но просто не представляю ни одной возможности.
       - Ну, по крайней мере, мы все можем поехать в замок на экскурсию вместе с подопечными! – ухватился за редкий позитивный момент Тино. Кажется, остальных эта возможность не так уж и радовала. – Может быть, там произойдет что-то, что наведет нас на нужные мысли и поможет исправить ситуацию.
       - Тогда это «что-то» должно будет быть больше похоже на чудо или сбывшийся сон! – скептически отрезам Мануэль и утешающее приобнял понурившуюся Клару за плечи. От этих двоих, с таким-то отношением, явно нечего ждать помощи в исправлении ситуации. Только Леа… а что Леа? Ее подопечная на этот раз оказалась вроде бы и в стороне от основного конфликта, Селестино совершенно не видел, как они могли бы сейчас работать вместе. Такое чувство, что известным индивидуалистам дьяволом отчего-то проще сотрудничать друг с другом!
       - Леанора? – Тино ободряюще улыбнулся обернувшейся русоволосой девушке. – Не будем забывать, это ведь мы сами – и есть те, кого земляне считают «высшими силами» и на кого уповают, надеясь на чудо. Мы должны совершать для них чудеса, а не ждать их!
       Леа смущенно улыбнулась в ответ. Что ж, в отличие от Клары она, по крайней мере, не принималась спорить, что такие земляне, как их подопечные, чаще уповают на помощь сил «низших».

Еще одним из немногих положительных моментов было то, что Фабиана, хоть и совершенно потеряв всякий энтузиазм, не стала скандалить с матерью и бросать после злосчастного визита одноклассников работу в магазине, должно быть, не находя сейчас силы еще и на семейный скандал и надеясь, что, когда мать закончит все свои дела с инстанциями, можно будет самоустраниться от не необходимой уже помощи без лишних укоров и разборок. О том, что же произошло, мать Фиби так и не узнала – да, наверное, в очередной раз задев дочку, если бы та вдруг решила поделиться переживаниями, сочла бы, что ничего особо и не произошло – но перемену настроения не могла не заметить.
       Как вскоре выяснилось, на экскурсию в воскресенье решил поехать весь класс подопечных, так что и практиканты, что бы у кого в практике ни произошло в течении недели, получили возможность слетать туда обоими классами – вот только их, разумеется, оказалось ровно вдвое больше, чем подопечных, а экскурсионные автосферы предназначались всего на двенадцать мест, включая учительскую.
       - Мы можем взять две автосферы и разделить практикантов на группы, – объявила в субботу профессор Кессиди. – две группы по пять ангелов и дьяволов будут сопровождать профессора Омния и Гносис, вторую – Теренс и Скарлетт. Но все равно двое ангелов и двое дьяволов останутся…
       - Похоже, четверым придется ехать в автобусе вместе с землянами, – вмешался седовласый ректор дьявольского факультета. – Там вроде бы, мест достаточно, я предупрежу земное руководство Золотой Школы, что им придется взять четырех экскурсантов дополнительно.
       Интересно, зачем это, если они вполне могут проехать в автобусе невидимками в эфирных своих обличьях.
       - Хорошая идея, – сухо кивнула Кессиди. – выявим тех, кому недостает эмпатического контакта с подопечными и пусть это будет дополнительным занятием Персонификации. Завтра утром объявим, как будут сформированы группы… я все же не рассчитывала, что все захотят сопровождать землян в эту поездку.
       - А в чем дело, школьные экскурсии и наблюдение за подопечными должны проводиться только для особо избранных? – ревниво воскликнула с места Азазелла. Многие дьяволята и даже некоторые ангелы одобрительно загомонили (ангелы, впрочем, смолкли от первого же строгого взгляда Кессиди в зал. Прошлогодняя история с Темными пещерами, в которую, за неимением второй автосферы, взяли только треть от каждого класса, многими никак не забывалась. Селестино не шумел по этому поводу, но тоже был не особенно-то доволен оказаться так далеко и без возможности помочь – ну, как уж получилось бы – своей подопечной в опасной ситуации. Но тогда второй автосферы у школы не было, только в этом году завели для удобства регулярных экскурсий (пусть классы все равно делили на трое, а не пополам), так что претензии предъявлять было некому и незачем.
       Однако, едва оказавшись за дверьми в коридоре, нетерпеливо зашумели уже и ангелы.
       - Двое из нас поедут вместе с землянами! Это, наверное, так интересно! – перебивало остальные разговоры взволнованное щебетание Дольче.
       - Ужасно интересно! – недовольно вставила Клара. – Эти земные автобусы трясутся, как в миксере, а внутри пахнет бензином… да еще и с землянами всю поездку общаться.
       - Ага! Так здорово! – не заметила интонации розовокрылая душечка. – Я бы так хотела просто так, не для урока или воздействия, побыть среди землян, пообщаться с а… с моей подопечной и ее друг… друзьями! А условия – наверное, у нас получится лучше понимать людей, если мы действительно составим им компанию, а не будем наблюдать со стороны.
       - Похоже, у тебя с эмпатией и без того нет проблем! – с улыбкой заметил Селестино, пролетая мимо суетливо мечущейся Дольче. – Жаль, но в эту группу дополнительной Персонификации тебя вряд ли выберут.
       - Да…
       Девочка слегка поникла, опустив кончики крыльев и растерянно взглянув на Тино из-под взбитой розовой же челочки круглыми васильковыми глазами.
       - Жаль… и вряд ли. А ты, у тебя какие-то проблемы с Персонификацией?
       Сейчас эти костюмированные прогулки были меньшей из проблем, которая волновала Селестино, но уподобляться Кларе и сводить все к пустым жалобам он бы себе не позволил.
       - Не то, чтобы там такие уж проблемы. Но Фиби все-таки девочка и мне как-то не кажется осуществимой идея так уж «влезать в ее шкуру». Есть земные юноши, которые живут подобным образом, но все равно все проявляется и воспринимается не так, как у девушек.
       - Да не волнуйся! Моя Лю, хоть и девочка, но почти все воспринимает и проявляет именно что как мальчишка. Немного сложно было привыкнуть, но главное-то тут не одежда и не внешний вид. Осознавая, что в любом образе остаешься собой, задумываешься и о том, что и подопечный под своим образом… какой-то, на самом деле, особенный. Сначала мне не нравились эти занятия – Лю терпеть не может красивые наряды, мне не нравилось одеваться в ее стиле. Но постепенно оказалось, что у нас с ней совсем немало общего. Эх…
       Почему-то опять погрустнев, девочка понурилась. Селестино заметил, что за разговором они немного поотстали от остального класса, пролетевшего дальше по коридору. Немного удивляло, что Дольче хочет быть в той небольшой группе, что поедет с подопечными, он-то думал, что она будет рваться в группу профессора Теренса, от которого большая часть девочек-ангелов в их классе фанатела с самого начала года.
       - Ты молодец, так серьезно в этом году сосредоточилась на практике! – неловко похвалил Тино. Персиковое личико Дольче порозовело в тон перьм и нимбу.
       - Да с чего «молодец»-то? Ничем не могу помочь Лю! С Эдуардом и то лучше получалось… Совершенно не знаю, что делать!
       - Извини, вряд ли мои собственные «достижения» позволяют что-то советовать. Совершенно не могу понять систему ценностей подопечной, даже если знать все это, понимать – совсем другое дело! И правильного взаимодействия второй год подобрать не могу. Тогда этот иностранный студент казался хорошей идеей, а что в итоге? Только заставил ее пережить очередное разочарование без всяких понятных причин! Не объяснить же, почему у ангела с землянином ничего на может быть…
       Детское личико одноклассницы почему-то зарделось еще сильнее, даже леденцово-прозрачный нимб странно мигнул, как от скачка напряжения.
       - Я… то есть, не знаю… ну! – Дольче помотала головой, словно отряхиваясь. – Можешь сказать ей, будто тебе, ну, то есть, не тебе, а этому «иностранному ученику» вообще не нравятся девушки. С землянами так случается, заодно и с Персонификацией легче – почему вдруг у парня окажутся те же ее интересы. Ну, как будто…
       Поперхнувшись в первый момент вдохом, Тино рассмеялся.
       - Тебе, кажется, надо меньше читать земной «Интернет», милашка! – потеребив, как ребенку, легкие пышные волосы Дольче, со смехом пожурил он. – На столь наивных девочек это действует странным образом.
       - Фр-р, ну, а что тут такого? Любовь, если хочешь знать, прекрасна во всех своих проявлениях! Если это настоящая…
       - И у твоей подруги Раф?
       - А… ну, – девочка слегка сникла. – и у Раф, да, тоже. Надо ведь научиться отличать! Бывает так, что в смятении чувств люди и Вечные совершают опрометчивые или даже кошмарные поступки, но это не значит, что причина в самой любви, просто они запутались, не устояли перед соблазнами, на которые навесили ярлык «чувства»! А настоящая любовь всегда должна быть светлой, к кому угодно, даже если к дьяволу или… или, - старательно глядя в сторону она едва слышно вставила. – или Вечного к человеку! На Кощунство не чувства толкают, а неумение совладать с соблазнами, это разные вещи! И для Рейны…
       - Да уж. Моя подопечная вот совершенно не отличает чувств от соблазнов, потому и разочаровывается раз за разом. Ищет утоления страсти в крастое, тщеславия в соперничестве с подругами, алчности в ожиданиях знаков внимания… и думает, будто влюблена. В очередной раз…
       Остановившись, Дольче зажмурилась и зачем-то похлопала себя ладошками по пылающим щекам.
       - У меня все немного сложнее. Прости, я знаю, что у тебя за подопечная, тебе, наверное, странно это слышать! Но Лю запуталась не в соблазнах, а в настоящих, но не тех – чувствах. Александро один из самых близких и дорогих ддя не людей, он прекрасный друг, понимающий, замечательный, добрый и умный… к такому нельзя было не привязаться всей душой, а потом они начали взрослеть – и Лю решила, что эта привязанность и есть любовь! А ему нравится совсем другая девочка, как друг, Лю должна поддерживать его и помогать, но ее собственные чувства теперь в полном смятении! И она не может меня услышать… я и сама, наверное, себя бы не слышала, если бы, предположим, попала в подобную историю! Если Лю искренне признается во всем сейчас, ее сердце будет дважды разбито: потому что он влюблен в Глорию и потому, что их дружба после неловкого признания никогда уже не будет такой, как раньше! Естественно, что она этого боится… я и сама боюсь! Очень-очень боюсь… наверное, поэтому и работаю так плохо в качестве Хранителя. Кабале учит нашу подопечную всем этим плутням, а я ничего не могу поделать – ведь это оттягивает время и позволяет Лю еще немного прожить, ничего не меняя…
       - Ты же не думаешь, что ей хорошо жить так? – удивился Тино. Дольче опять принялась пунцоветь.
       - Нет… ей так плохо. Но страшно, что все может вообще рухнуть, понимаешь. Я сама не знаю, что мне делать, что за совет я могу дать Лю?
       Да уж, с эмпатической связью с подопечной у Дольче все и без всякой Персонификации, похоже, было даже чересчур хорошо. Проблемы воспринимала буквально как свои собственные. Тесная связь это, конечно, хорошо, но все же Хранителю полагается смотреть со стороны, не забывая о непредвзятости и не проникаясь так сильно человеческими страстями.
       - Уверен, у тебя все получится! – оптимистично заверил Селестино, решив не придираться к чрезмерной сопереживательности и без того нервничающей девочки. Хотелось бы помочь… будь он сам хоть немного более компетентным хранителем, непременно попытался бы помочь, но свои-то проблемы решить никак не получается!
       - С каких это пор ты стал тут ворковать с цыпочками, пернатый? Аж жаль, что этому клубничному тортику сейчас явно не до тебя! – встретив противника за поворотом со смешком осведомился Риммон, когда Дольче, спохватившись, бросилась догонять компанию своих подружек. – Решил хоть так проникнуться интересами нашей малышки?
       - Вот уж не припомню, чтобы подопечную интересовали какие-то еще «цыпочки»! – проглотив негодование, огрызнулся Тино. – У землян, конечно, такое бывает, но мы тут были бы в курсе.
       Настал черед дьявола поперхнуться вздохом.
       - Те не стоит так увлекаться земным Интернетом, пернатый! Люди такого насочиняют, что у нас на верхнем уровне заимствуют, когда своей фантазии не хватит, а уж вам с непривычки чо-то совсем нимбы перекашивает!

Отредактировано Владлена (2015-06-25 19:20:33)

0

7

Часть 6
Изначально Риммон не думал согласовывать свой план с Барбю – не особенно-то вообще его тянуло общаться с этим тщедушным синеволосым дьяволом неопределимого на вид пола, способным часами грузить уши какой-нибудь минералогической чепухой – но теперь благодарен был Лолачке за то, что взяла на себе переговоры с искусителями не только Федерики, чьей задачей было разоблачить подработку Фабианы, но и Мирко, реакция которого, как запоздало понял Риммон, могла бы все и испортить. В какой-то момент почти казалось, что испортит – создавалось впечатление, что ангел все же оказался убедительнее в занятиях Проекцией, но окончание разговора все расставило на свои места. Можно было как угодно относиться и к смазливому пустому блондинчику и к Барбю, но совсем уж дураками ни один из них не был. Естественно, богатенький мальчик давно и без труда просек интерес трех подружек к себе – какими бы те ни полагали себя виртуозными интриганками – и не без охоты вступил в игру, теперь уже сам манипулируя соперничающими за его внимание красотками. Теперь это поняла уже и сама Фабиана…
       Чувства подопечной до сих пор мешались и путались. Она была невероятно зла и на подруг (отношения с Рикой в последнее время стало заметно более ядовитыми), и на самого Мирко, но вместе с тем… сколько мелодрам на Земле начинались именно с того, что какой-нибудь богатенький фрукт вел себя поначалу с главной героиней, как настоящая свинья, но постепенно проникался к ней нежными чувствами? Риммон не знал подробностей, зато прекрасно знал, что за дьявольские службы прикладывали руку и крыло к созданию многих разрекламированных произведений, да и среди режиссеров, известных актеров и продюсеров было достаточно тех, кто близко знался с низшими силами – естественная цена славы и успешности в столь жестоком непредсказуемом мире материализующихся грез – и, разумеется, игрушечного воплощении соблазнов. Задетое самолюбие его милой куколки, не отвратило, тем не менее, девушку от Мирко, напротив, Фабиана старалась искать в ситуации дополнительную возможность сблизиться с «принцем».
       Хотя теперь легко было предсказать, что, даже осуществи она свое желание и стань девушкой богатенького блондинчика, это снова ни капли не будет похоже на осуществление мечты, а значит, жизнь ждет новый забег по замкнутому кругу. Дьявол имел все основания расслабиться и наблюдать за тем, как события теперь уже и без его участия будут развиваться достаточно плохо…

- Я совершенно уверена, что Анни собирается признаться Мирко во время этой поездки! – Лола запихнула в рот пирожное и неторопливо слизала крем с кончиков пальцев.
       Автобус, ожидающий, когда земляне-ученики соберутся, стоял напротив школьных ворот, а две автосферы, словно расписанные узорами и позолотой дирижабли, зависли над проезжей частью. Вообще-то автосферы принадлежали небесному ведомству – в частности, на них прибывали до врат-портала на практику те ангелочки, в родных небесных городах которых своего портала не было – вероятно, с большим комфортом, чем вынужденные париться на пароме по огромному лавовому озеру Подземелья дьяволята – но для школьных нужд пернатые с положенной им щедростью согласились использовать летающие шары и для практикантов-искусителей тоже. Не так уж плохо, не считая того, что кататься приходилось бок о бок с самими ангелками! Вот как сегодня: неужели нельзя было одну перевозку полностью предоставить небесным пташкам, а вторую – полностью дьяволятам? Вряд ли пташки испытывали к их соседству больше восторга, чем они сами…
       - У твоей куклы нет шансов! – улыбнулся сосредоточенно жующее подружке Риммон. – Не говоря уж о том, что детка для землянки посимпатичнее. Первым признанием тут скорее проиграешь, чем выиграешь…
       - Я считаю, что, когда хочешь чего-то, то ни к чему изображать безразличие! – приглушенно фыркнула пышечка. – Надо стараться получить это, как только предоставляется возможность! Что плохого в том, чтобы признаться парню, что хочешь с ним встречаться?
       Как и многие выходцы из касты Обжорства, Лола частенько демонстрировала умилительное простодушие.
       Азазелла, остановившаяся в нескольких взмахах крыльев от них, презрительно скосила глаза, но промолчала и снова погрузилась в пристальное наблюдение за тем, как переругиваются Федерика с виснущей на Мирко Фабианой. Похоже, ее собственная подопечная потеряла несколько позиций в борьбе за кавалера, но и Аззе не на что было жаловаться, учитывая, что и без того стервозную Рику это, разумеется, порядочно злило.
       - Ну надо же! – порхавшая чуть поодаль рыжеволосая ангел в желтом наряде беспокойно встрепенулась и смерила Лолу задумчивым взглядом. – Даже среди дьяволов некоторые говорят вполне разумные вещи!
       Риммон попытался сообразить, в чем же тут должен быть подвох, но Лола понимающе хихикнула.
       - Это противница Сони, Филетта! Вот, видел ту «русалочку»? – пухлый пальчик чертовки указал на стоящую у края ворот миловидную землянку с длинными рыжими волосами и большими печальными зелеными глазами. – Это их подопечная, Глория. Ей очень нравится один скучный тип, но она слишком робкая, чтобы в этом признаться, ждет инициативы от него, так сказать. Ну, ты же знаешь Соню! «Лучше ни в чем не признаваться, сохранив свои мечты и надежды, чем разбивать себе сердце гарантированным отказом» и все такое! На самом-то деле ее просто не расшевелишь…
       - Неужели Гипнос кто-то нравится? – недоверчиво нахмурился Риммон, припомнив то взъерошенное русоволосое чучело в помятом свитере, иногда дремлющее сидя или стоя поблизости от Лолы.
       - Есть подозрения! – туманно ответила Лолачка. – Все мы о чем-нибудь мечтаем, но не все при этом действительно хотят, чтобы мечта действительно могла исполниться, вот в чем странность! И подопечная на этот раз у нее такая же!
       - Если бы Гипнос не внушила Глории панический страх получить отказ в первом признании, она вовсе такой не была бы! – негодующе хлопнула крылышками Филетта. – Мечты, которые так и остаются пустыми фантазиями – недостойны вообще называться мечтами, когда человек ничего не делает, чтобы их осуществить!
       - Ну, а твоей Анни отказы не впервой, значит, и драмы не будет! – ухмыльнулся Риммон. Чертовка только плечами пожала, отвлекаясь на хрумчание добытой из сумки шоколадкой.
       Впрочем, бояться, что Фиби разочаруется в Мирко слишком рано, искуситель не собирался. Теперь, как бы тот ни поступил, а дьяволам все сыграет на руку! Приятно иметь дело с такими людьми.
       Рыжеволосая ангелесса тем временем подлетела к стайке Тино, Леа, Мануэля и тихони Клары, принявшись что-то деловито Леаноре втолковывать.
       Когда все земные, подземные (за исключением так и не появившейся Гипнос) и небесные экскурсанты собрались возле автобуса, из школы вылетели профессора, скучно зачитавшие, кому же из Помощников «повезет» на лишний урок Персонификации и придется ехать с землянами в автобусе. Почему-то все ожидали, что пары соперников это ожидает одновременно, и несколько переполошились, услышав совершенно бессвязное назначение: Мефисто и Ехивоса из дьяволов и Клару с Мануэлем из ангелов. Сама Клара от такой новости придушенно всхлипнула – баранкоголовая Леа и рыжая Филя кинулись наперебой ее утешать – а Ехивос тут же заявил, что, раз Гипнос не явилась, то в автосфере осталось лишнее местечко. Мефисто не возражал – если вообще слышал что-то за музыкой в огромных наушниках, из-за которых, тем не менее, никто не рисковал находиться к нему ближе пары метров!
       - Если тебе это так не нравится, я мог бы поехать там вместо тебя! – предложил Селестино. Ну, конечно, как мог промолчать этот благородный джентльмен перед готовой расплакаться белой молью! – У меня ведь тоже не лучше с эмпатией подопечного…
       - Ей, не задумал ли ты, пучок перьев, тайком от меня воздействовать на нашу красотулю? – изобразив негодование и демонстративно нахмурившись, рыкнул Риммон.
       - Персонификация не служит для взаимодействия и вообще – ангелы не играют бесчестно! – с тяжеловесным достоинством откликнулся небесный.
       - Ой, да брось, что тут подозревать! – вмешалась Азазелла. – Назначают таких неудачников, что ничего бы не добились с подопечным даже и вовсе без противника.
       Ехивос послал красноволосой негодующий взгляд, Мефисто, погруженный в ревущую музыку, опять не отреагировал, но Клара, кажется, попыталась что-то злобно прошипеть сквозь слезы. Опыта злобного шипения у ангелов не было никакого, поэтому вышло не слишком-то выразительно.
       - Кларе плохо от этих уроков Персонификации! – с негодованием уставившись на ангельского профессора Теренса, сообщил Мануэль. – В этом никому ничего приятного, но для нее просто издевательство!
       Смазливый преподаватель беспомощно развел руками.
       - Если Лола не возражает, я пойду вместо Клары! – поддержала Леа, косясь на дьяволов. – Она ведь тоже не верит, что я что-то могу изменить!
       Лолачка не поддержала вредительской солидарности с товарищами и безразлично пожала плечами. Разочарованная Азза послала толстушке еще один колкий взгляд, но с тем же успехом она могла бы попытаться уколоть крапивой бок носорога. В одну из автосфер сморчок Гносис и пожилая ангельская профессорша уже загоняли десятерых практикантов, похоже, всем оставшимся предстояло лететь вместе.
       Риммон предпочел не признаваться в том, что пошутил. Он не больше Аззы верил в способность пернатых что-либо изменить в сложившейся ситуации, но все-таки Селестино мог, как минимум, внешне отвлечь внимание подопечной с Мирко на себя. Только еще его нудных лекций по истории землянам и недоставало… впрочем, у них подопечные Кабирии и Мефисто – парочка ботанов, никак не способных определиться, сильнее в них симпатия друг к другу или все же соперничество лучших умов класса – по той же части! Поездка планируется вполне достаточно скучной.
       - Ну, хорошо… правда, я договаривался с земным руководством школы на составленный деканом Кессиди список учеников… – Теренс задумчиво поскреб подбородок, украшенный непонятной недобритостью в три волосины. Молодая дьявольская наставница Скарлетт раздраженно отмахнулась.
       - Какая им разница, эта девчонка или другая? А недостающий экскурсант мог и заболеть, в конце концов! – Ты слышал?
       - А? Чо? – растерянно отозвался взъерошенный Мефисто, когда белокурая дьяволица рывком сдернула с него наушники. – Найдите, говорю, место для перевоплощения и присоединяйтесь к группе землян!
       - А-а… ну, лады. А где Ан?
       Скарлетт, нахмурившись, молча указала на вторую автосферу. Сомнений в том, что рассеянный меломан благополучно пропустил мимо ушей все, о чем только что говорили, не оставалось. Конечно, у дьяволов только поощряли ученическую неорганизованность, но Риммон ничуть не удивлялся и тому, что в прошлом году у Мефа были самые слабые результаты в искусительской практике. Решив, что больше за этим «содержательным» разговором наблюдать никакого интереса нет, Риммон слабо дернул Лолу за руку, увлекая к ближайшей автосфере. Может, хоть удастся занять места, пока не образовалось толчеи!
       За полет не произошло ничего интересного. Терренс и Скарлетт что-то рассказывали о дворянской ветви, последний представитель которой и был владельцем замка, руины которого подопечным предстояло рассматривать, причем ангельский профессор оказался редким занудой (только Клара и обычно более беспокойная Филетта могли слушать эту скукотищу, разинув ротики), а светловолосая дьяволица то и дело вставляла ехидные, иногда весьма фривольного содержания комментарии, из которых можно было заключить, что покойный аристократ был не только натурой весьма страстной и влюбчивой, но и своеобразной иллюстрацией сказки о Синей Бороде – в итоге женился просто бесчисленное количество раз. На привычке самолично убивать своих жен, правда, никто герцога не уличал, однако ни одна не прожила с ним достаточно долго, да и наследников, при всей своей бурной матримониальной жизни, аристократ не оставил. Была еще какая-то, тоже весьма подозрительная, история с его собственной смертью довольно еще молодым человеком, однако ее Риммон прослушал вовсе, задремав под конец перелета. Уточнит у Лолачки, если станет за чем-нибудь нужно, уж любопытная пышечка не оставляла без внимания ни одной сплетни, пусть даже и об умершем века назад землянине – а версия, рассказанная Скарлетт, именно сплетни «с истекшим сроком годности» больше всего и напоминала.
       Замок, уютно расположившийся в изгибе горного хребта на самом краю небольшой долины, кстати, оказался не такой уж развалюхой и не особенно отличался от романтизированного изображения на плакате. Зная, как долго он стоял без хозяина… кто-то, должно быть, не поскупился на восстановление и реставрацию. Казалось, обитатели покинули превращенную теперь в музей каменную обитель совсем недавно…
       - Но не могло же быть так, чтобы с начала тринадцатого века и до наших дней никто не попытался присвоить находящийся в неплохом состоянии замок! – закончил Риммон вслух, когда они вылетели из остановившейся автосферы. – Вы сказали, род герцогов прервался, но имущество-то должен был кто-нибудь унаследовать.
       - В том-то все и дело! – Скарлетт пролетела чуть вперед и обернулась к ученикам, словно бы позируя на фоне замка. – Разумеется, земли и имущество герцогской семьи разошлись по рукам, на замок тоже много кто пытался претендовать, но ничего хорошего из попыток здесь послиться не получалось, а в деревеньке рядом так даже бытует поверье, будто, умирая, герцог оставил на своем любимом жилище какое-то проклятье, не позволяющее никому больше занять или уничтожить замок. С этим связано множество страшилок, включая достаточно старые легенды! Но против музея и экскурсий проклятье, кажется, ничего не имеет… хотя даже персонал туристического агентства старается не задерживаться здесь.
       - Так это замок с привидениями! – едва ли не впервые подал голос Омбретто. Наставница слегка нахмурилась.
       - Как дьявол, эфирное существо, может верить в какую-то антинаучную чепуху, выдуманную землянами лишь оттого, что невозможность увидеть полную картину мира подталкивает их к мистификациям?! Разумеется, если бы это место и впрямь хранило бы какую-то негативную эфирную сущность, наше ведомство первым бы об этом узнало!
       - Но если даже Хранитель и Искуситель того герцога не знают, при каких обстоятельствах он умер… Это действительно странно! – заметила Клара. – Признаться, меня все это немного пугает…
       Эту бледную тихоню пугало в жизни едва ли не все, вплоть до собственной подопечной, но Теренс, конечно, тут же охотно расправил перед учениками (особенно ученицами!) свои прекрасные перышки, положив руки на плечи Кларе и проникновенно заверив, что уж о безопасности учеников непременно позаботиться.
       - Но замок совсем не выглядит проклятым местом! – невзначай подобравшись к Теренсу поближе, прощебетала Филетта. – Он скорее похож на чью-то ожившую мечту, только взгляните, как тут красиво!
       Махнув на ангелов рукой, Риммон подлетел поближе к выходящим из автобуса землянам. Ничего за поездку особенно не изменилось, а судя по обрывкам разговоров, подопечным тоже рассказали историю герцога Горта за время поездки, но куколки, как и следовало ожидать, мало прониклись преданиями старины глубокой. Обступив со всех сторон Мирко, девочки восхищенно глазели на замковые башни, сам же блондинчик старательно изображал пренебрежение в духе «видали и получше». Сохранилось настроение и с началом экскурсии: время от времени кто-то из четверых отпускал относительно слов экскурсовода (или Сары и Вилли, которые, судя по всему, за минувшую неделю прочитали о роде Горт, последнем его представителе, этом замке и вообще соответствующей эпохе все, что только сумели отыскать, и теперь то и дело пытались щегольнуть превосходством ненужных знаний друг перед другом) какой-нибудь ехидный комментарий.
       В просторном холле замка Риммон слегка отвлекся, восхищенно рассматривая роскошные картины, гобелены и даже просто настенную роспись, изображающие сплошь разнообразных величественно-грозных и уродливо-прекрасных драконов, некоторые из них были выполнены столь виртуозно, что казались живыми стражами замка, лишь на затянувшийся миг замершими в предвкушении. Судя по приглушенному аханью где-то неподалеку, ни землянам, ни ангелочкам замок уже не казался столь слащаво-сказочным, как снаружи. А у этого герцога вкус был не только по части женского пола!
       - Драконы – символические стражи замка. Герцог Тристольф, сам участвовал в проектировании замка по своему вкусу, когда задумал удалиться от дел своей семьи в крупных городах и переться в дом своей мечты в глубинке. Даже во времена наивысшего расцвета землевладельческого рода здесь места были довольно-таки глухие и безлюдные. Даже деревеньку в долине, где жили бы замковые слуги и их семьи, пришлось возводить а пустом месте. Впрочем, Тристольф унаследовал значительное состояние, которое, к тому же, сумел изрядно преумножить, так что после смерти отца имел такую возможность. После переезда сюда в свете он появлялся только чтобы присмотреть себе новую невесту, в остальном же выезжал в город исключительно по делам и еще более неохотно принимал кого-либо в своем доме. Драконы должны были служить олицетворением ,что гостям здесь не рады и замок будет защищаться вторжению до конца!
       - Могли бы смотаться в местечко и поприветливее! – вставил Мирко. Три куколки охотно поддержали смешками.
       За холлом экскурсия проследовала в портретную галерею – еще один просторный зал, ничем особенно Риммона не впечатливший – он бы с большим удовольствием остался подольше полюбоваться драконами – зато девушки тут же взволнованно заахали, рассматривая хрустальные каскады под потолком и нарисованных на портретах роскошно разряженных, но все равно выглядящих не слишком-то счастливыми женщин. В большинстве дамы были весьма прехорошенькими, хоть и весьма различных типажей и, как было видно даже по внешности в парадном образе – характеров. То ли вкус герцога не отличался постоянством, то ли тот был из тех мужчин, что всю жизнь методом проб и ошибок упорно ищут свой идеал. Дьявол одобрительно хмыкнул – приятно иметь дело с людьми, готовыми запутаться в себе и своих чувствах даже и без помощи низших сил, да и искуситель герцога явно неплохо поработал в свое время.
       - Можете немного погулять по залам, только следите за указателями! Встретимся все в бальном зале через полтора часа.
       - Здесь есть бальный зал? – воодушевилась Лола. Не припоминал что-то раньше за ней Риммон интереса к балам, если только не прилагалось хорошенького банкета…
       - Я бы лучше посмотрел на оружейную… или еще раз на тех драконов – только не забывай, мы здесь, вообще-то, следим за нашими подопечными!
       - Именно о своей подопечной я и думаю! – вскинув носик-кнопку заверила дьяволица. – Разве можно найти местечко, романтичнее старого замка, когда девушка собирается кому-то признаться?..
       - Надеюсь, это ты не о себе? – на всякий случай уточнил Риммон. Какой в подобных хлопотах смысл, если перевоплощаться для воздействия они все равно не станут.
       - Размечтался! Еще бы твоя куколка не висла тут на нем, не отлипая…
       - Я предупреждал, у твоей подопечной нет шансов!
       Возможно, самого Мирко тоже начала несколько утомлять сегодняшняя навязчивость трех подружек, поскольку вскоре он вспомнил, что оставил в автобусе сумку, где, помимо прочего, была еще и бутылка с водой – и тут же ласково осведомился у передернувшейся Фабианы, не сходит ли она к автобусу за вещами. К удивлению подруг, красавица виртуозно замаскировала оскал сияющей улыбкой и согласилась – к счастью для землян, они не могли слышать, какими словами Фиби в этот момент витиевато характеризовала и подружек и парня. Для Анны-Лизы, правда, почти ничего не изменилось, теперь за блондином еще более бдительно следовала Федерика – остаться с ним наедине ни одна из девушек не могла и надеяться. Дьявол подумал было, не проводить ли ему подопечную…
       - Скукотища тут! – негромко заметила, подлетев поближе, Азазелла. Несколько ангелов и дьяволов слушали лекцию старенькой пернатой Омнии и Гносиса, цитировавших оставленные записи о герцоге его хранителями и искусителями, часть ангелов разлетелись следом за разбредающимися по замку землянами – то ли не хотели оставлять подопечных даже на время, то ли воспользовались возможностью самим сунуть нос во все уголки замка. Ни Теренса, ни Скарлетт что-то тоже не было видно. – Уж лучше бы тут и правда какое проклятье было! Хоть какое-то развлечение…
       - Определенно, единственные сверхъестественные существа здесь – это мы же сами! – добавил болтающийся неподалеку Омбретт. Вот уж кому лучше было бы присматривать за подопечной, а не ныть о скуке! – И как раз этим вполне можно воспользоваться. Может, шуточку какую сыграть с землянами или даже…
       Фиолетовый доходяга выразительно скосил глаза, указывая на престарелых Наставников.
       - Кубрал говорил, что у меня недобор дисциплинарных нарушений и можно бы воспользоваться возможностью поездки, чтобы это исправить…
       - Ну и что ты предлагаешь? – кисло отозвалась Азза. Риммон повертел головой в поисках Лолы, но та, видимо, улетела за своей куколкой и ее спутниками, рассчитывая, наверное, каким-то образом помочь Анне-Лизе избавиться и от Федерики заодно. Возможно, неплохо было бы отвлечь внимание учителей…
       - Полноценными иллюзиями никто из нас, насколько помню, не владеет, однако театр теней я тут вполне могу устроить. А вы поможете со спецэффектами!
       - Пожалуй…
       Риммон резко смолк, заметив, что сквозь стену зала пролетел, да к тому же еще направляясь прямо к ним, его незабвенный противник. Лицо пернатого было каким-то напряженным, дьявол даже задумался было, не успел ли Селестино услышать конец их разговора…
       Но прозвучавшие слова застали врасплох:
       - А где Фабиана?

Часть 7
Замок непременно потрясал бы воображение своей красотой, не будь все остальное в жизни Фабианы сейчас настолько паршивым. Словно бы мало было минувшей недели, Мирко продолжал откровенно издеваться и в поездке, то и дело с обманчивой вежливостью обращаясь то с одной, то с другой «просьбой» – но гаденькой улыбочкой не оставляя сомнений, что прекрасно помнит, отказать Фиби не имеет никакой возможности. Она, наверное, даже послала бы его уже к черту, если бы не Федерика… да и восхищенно-завистливые взгляды Анны-Лизы как будто бы того стоили. Пока что Фабиана не устала убеждать себя, будто стоили. Кажется, Мирко задался целью разочаровать девушку еще раньше, чем она толком успела очароваться, ну что за невезение?! Однако, не уступать же Рике, когда других возможных кавалеров на горизонте – разве что зануда Вилли, чье внимание, быть может, и не сложно будет переключить с такой же занудливой Сарочки на себя… да только толк от такого поклонника будет разве что на полугодовом тестировании! А Мирко все же открытый путь в то общество, где можно и познакомиться с кем-нибудь подостойнее него самого, не стоит им пренебрегать, пока не встретила лучше…
       Иногда Фабиана готова была отчаяться в своей надежде, что лучше все-таки встретится. Слишком уж много ошибок и разочарований еще даже не успели поблекнуть в прошлом – и вот, опять очередной облом!
       Скучающий водитель автобуса с неохотой впустил девушку внутрь, позволив забрать сумку Мирко с сиденья, и Фиби направилась от узкого пятачка стоянки обратно к замку. На фоне ярко-голубого неба и сверкающих на солнце гор, в обрамлении деревьев с позолоченной листвой древнее строение выглядело почти в точности картинкой из какой-нибудь жутко романтической книжки, где в таком замке непременно обитал бы прекрасный загадочный принц из тех, что только в полусказочных книгах, похоже, и водятся. Не чета богатеям из реальной жизни, которые, заметив к себе интерес красавицы не своего круга только и способны додуматься, что шантажировать и унижать! Сумка еще черт бы с ней, с сумкой, но до какой еще наглости Мирко способен докатиться, когда деваться Фиби некуда и избалованный мальчик это прекрасно понимает! Вся ее нынешняя жизнь повисла на волоске его милости…
       Вся нынешняя жизнь с этой неотесанной семейкой и ненавистным магазином, с подругами-стервами, всегда готовыми подставить подножку, если на кону внимание интересного им всем парня, да и сами парни ненамного лучше! Да ни капли бы не дорожила Фабиана подобной жизнью, будь у нее шанс сменить ее на что-то действительно стоящее, но – как водится, такая потеря обернется лишь еще большими проблемами абсолютной неизвестности в будущем! Даже совсем еще глупой маленькой девочкой Фиби не ждала от жизни, что в новый прекрасный мир можно попасть, просто перешагнув какой-то порог, как бы того не хотелось.
       На этой мысли девушка прошла ворота, снова оказавшись во внутреннем дворе, уходящем вверх перед высящейся громадой замка. Если на миг представить себя в прошлом… нет, не в прошлом со скучных уроков истории, а в том почти волшебном иллюзорном прошлом, где люди носят роскошные наряды и украшения, как у тех женщин с картин, а сами люди – страстные, пылкие и благородные. Где, пусть иногда, но случается так, что различия в статусе и общественном положении не становится преградой для любви дворянина к прекрасной девушки, и даже у несчастной дочери торговки фруктами есть шанс стать принцессой, окруженной роскошью и богатством дворянского имения, той, которую будут пылко любить и защищать от всех невзгод мира за стенами прекрасного замка. Словно бы с собственной своей маленькой сказке, сне или мечте…
       Мечте…
       Просторный холл с пугающими изображениями драконов в первый момент показался Фабиане безлюдным, хотя экскурсия уже закончилась и все отправились свободно бродить по замку. Она бы забеспокоилась, где искать Мирко и девчонок, но наверняка они так и торчат в бальном зале, разглядывая хрустальные украшения под потолком и наряды на дамах с портретов, да слушая разглагольствования «золотого мальчика» на тему, что уж он-то видывал наряды и украшения пороскошнее «музейных ценностей». Даже возвращаться к ним не хочется, соврать, что ли, что заплутала на обратном пути… но вот Рика… Фиби остановилась, запоздало заметив, что в холле все-таки не одна – мужчина с вьющимися темными волосами в странного покроя бархатисто-красной куртке, стоявший у перехода из холла в зал, резко обернулся и шагнул навстречу.
       - Для деревенских здесь есть черный ход! – отчеканил он.
       - Что? – девушка едва не выронила сумку Мирко, получше разглядев незнакомца. То, что она приняла за бархатистую куртку, оказалось живописным, прямо как в театре, историческим костюмом, но сейчас Фиби была в слишком дурном настроении, чтобы задуматься о причинах. – Каких еще деревенских? Я приехала из города с…
       - Не припомню, чтобы приглашал кого-то! – не дав договорить про экскурсию, перебил мужчина, подходя уже практически вплотную. Он оказался довольно молод – если и старше тридцати, то гладкое лицо с крупными, но довольно изящными чертами в сочетании с длинной вьющейся копной черных волос заставляли казаться моложе и миловиднее, даже когда он недовольно хмурил черные же брови над светло-синими глазами, сейчас так же пристально изучающих девушку. По мере приближения, однако, лиц незнакомца прояснилось, из раздраженного став задумчивым и слегка печальным. Остановившись шагах в четырех от Фабианы, он уже без прежней резкости продолжил. – Прошу простить мою грубость, синьорина. Ваш визит действительно абсолютная неожиданность для меня, но мне не стоило пренебрегать законами гостеприимства. Проходите, прошу Вас…
       Мужчина отвесил изящный поклон перед замершей столбом девушкой.
       - Вы… Вы актер, да? Это какой-то аттракцион в приложение к экскурсии… – не сразу избавившись от заторможенности, спросила Фиби. – Я должна была сразу догадаться!
       Не утратив выражения крайней галантности, брюнет в легком недоумении приподнял брови.
       - Вы оказались с визитом в моем замке и спрашиваете, кто я такой? Что же, как будет угодно. Мое имя Тристольф. Могу я узнать Ваше?
       - Ф… Фабиана, – рассеянно представилась девушка, разглядывая его. Такие лица казались оптимальным сочетанием красоты и мужественности, так, чтобы первое не скатывалось в смазливость, а второе – в грубую простецкость. Ну, разумеется, на роль загадочного герцога и должны были пригласить актера соответствующей внешности, а этот просто идеально вписался в образ. От мельком виденных портретов самого герцога Горта (тот предпочитал украшать замок изображением драконов и женушек, но не собственными портретами, так что это была не особого качества картинка из какой-то книги), стоящий перед ней мужчину отличал разве что более юный возраст. Странно, конечно, что актер не встретил всю группу, когда только началась экскурсия, но, возможно, для школьников это в программу не входило, да и сейчас он столкнулся с Фиби случайно и… Решил в шутку играть свою роль, чтобы оригинально заговорить с симпатичной туристкой? Все же для аниматора из тех, что просто шатаются в соответствующих нарядах, предлагая с ними сфотографироваться, он чересчур впечатлял, да и шикарно воспроизведенный – уж в этом-то Фабиана разбиралась – богатый исторический костюм никак не выглядел дешевым реквизитом.
       Может, в сумке Мирко найдется заодно и фотоаппарат, получилось бы уговорить этого потрясающего типчика попозировать с ней бесплатно… вот только кому снимать?
       - Так значит, Вы и есть тот самый герцог? – чтобы не затягивать паузу, решила подыграть Фиби, недоверчиво прищурившись.
       - Вас что-то удивляет? Разве не в мой замок Вы пришли?
       - Ну, я не особенно-то вслушивалась в ту лекцию, что нам читали по дороге, но впечатление сложилось такое, как будто последний хозяин этого замка скончался почти восемьсот лет назад…
       - Разве я похож на мертвеца? – в недоумении Тристольфа (раз уж никакого другого имени для него Фабиана не знала) замерцали искорки смеха. – Или… на подрабатывающего, где придется, лицедея, не нашедшего себя на сцене, которого наняли, чтобы развлекать праздно шатающиеся по замку толпы?
       Фиби не стала удивляться – не так уж трудно было угадать, что предположит в первую очередь любой здравомыслящий человек.
       - Ну… будь Вы настоящим призраком, Вы бы разговаривали не на современном языке… и, наверное, Вас удивила бы моя одежда, не думаю, что в тринадцатом веке были для кого-то привычным зрелищем женские джинсы!
       Он все-таки негромко, с бархатистыми нотками, рассмеялся.
       - Высказывать это было бы весьма бестактно с моей стороны. Но я время от времени вижу людей, приходящих посмотреть на замок, хотя и большая редкость – лично столкнуться с кем-то из них. Вижу отголосок того, как меняется мир: от тех времен, как разные наглецы пытались то присвоить мой замок, то просто устроить здесь военную крепость во времена грызни из-за власти папства с Германским княжеством, до нынешних любопытствующих… Что до самого замка – время здесь не имеет никакого значения. Прошу вас, синьорина, не будем стоять в холле – я уже кажусь себе никуда не годным хозяином!
       Тристольф протянул руку ладонью вверх, но почему-то Фабиана замешкалась, не приняв ее. Впрочем, мужчину это не оскорбило, выждав, он еще раз слегка поклонился и с чуть неловкой улыбкой пригласил просто следовать за собой себя мимо гобеленов и фресок с драконами в знакомый уже зал, как ни странно, тоже оказавшийся безлюдным, а оттуда – через почти незаметную дверь у дальней стены – по коридору в просторную, но небольшую на фоне залов, комнату вроде гостиной.
       - Этот замок – дом, о котором я с самого детства мечтал. Хоть формально все мы и подчинялись Германской империи, реально герцоги, особенно правящие крупными торговыми и ремесленными городами, держали в руках всю реальную власть на своих землях. Однако, когда власть поддерживается не одной лишь благородной кровью, а рассредоточием больших денег, приходится быть не только аристократом, но и купцом, чтобы ее поддерживать. Долгое время, когда еще герцогом был мой отец, я вынужден был служить семье, занимаясь всем этим, хотя меня всегда угнетали круг городского патрициата, где все только и думали о том, как обмануть другого поизящнее, прежде, чем он успеет обмануть тебя, как увести из-под носа выгодную сделку или полезное знакомство… Все это до невозможности угнетало, в самые юные годы я вынужден был разочаровываться в людях, которых считал своими друзьями, которых просто полагал достойными уважения – едва только на кону оказывались власть или деньги, они моментально показывали совсем другое свое лицо! Но я вынужден был принять правила игры – моя семья была такой же – даже весьма преуспел в этом… лишь для того, чтобы иметь эту возможность удалиться от торговых городов, оставив эту суету на управляющих, чтобы построить в каком-нибудь прекрасном тихом месте замок, способный стать домом моей мечты.
       - У Вас отличный вкус! – сама не зная, насколько серьезно, заметила Фабиана, вспоминая недавнее свое впечатление от живописной картины почти сказочного замка в обрамлении гор, деревьев и неба. – То есть… здесь все действительно прекрасно.
       - Иначе и быть не могло. Я сам воплотил в жизнь свою мечту, вложил душу в создание этого дома… оттого, как видите, моя душа продолжает жить здесь, сколько бы столетий не минуло. Разве я мог позволить кому-то присвоить свою воплощенную мечту лишь потому, что меня по недоразумению сочли умершим во внешнем мире? Ведь я же не умер, а просто окончательно решил остаться здесь навсегда.
       Повинуясь приглашающему жесту Тристольфа, Фабиана присела на один из диванчиков, с сомнением покосившись на украшающие столик блюда с марципановыми пирожными и засахаренными фруктами. Будь на ее месте Сара Джей, та, наверное, вспомнила бы, с какого века в Италии начали подавать кофе и не будет ли нарушением «игры» спросить об этом самого герцога…
       - Душа продолжает жить… значит, Вы все-таки привидение?
       Присевший напротив герцог снова протянул ей ладонь. Секунду поколебавшись, Фиби решила, что второй раз не отреагировать будет совсем уж бестактно, и вложила свою руку в ладонь.
       - Как видите! – с улыбкой заглядывая ей в глаза поверх мягко сжатой в пальцах руки, сказал Тристольф. – Никакой иллюзии – я абсолютно реален. Угощайтесь, Фабиана, прошу вас. Эти фрукты и сахар мне поставляют из-за восточных пустынь… то есть поставляли.
       Не огорчать же человека, так вдохновенно входящего в роль, напоминанием, что теперь эти горы углеводов в каждом супермаркете доступны кому угодно! Пирожные и засахаренные фрукты обойдутся потом максимум в неделю ужесточения диеты, наверное, атмосферность момента стоит того…
       - Спасибо… Знаете, я Вам немного завидую. Много кто не слишком доволен жизнью, в которой оказывается с рождения, но далеко не каждый может позволить себе создать где-то уголок своей воплощенной мечты. Да еще столь роскошный, а не какой-то там картонный домик за белым заборчиком!
       - А Ваша семья?..
       - Мой отец… м-м, купец, он перевозит для продажи экзотические фрукты и ягоды с южных земель, – вроде бы это было достаточно правдиво, но вместе с тем звучало как-то значительнее для времен, когда экзотические плоды были гораздо дороже и перевозились значительно труднее. Хоть его семья и владеет небольшими землями на южном побережье, наша семья зарабатывает исключительно торговлей – а мама ведет дела в его отсутствие.
       - Уже в мои времена торговый успех порой приносил семьям больше влияния, чем родовитые предки, сдается мне, с веками это только преумножилось.
       - Да. Многие теперь становятся значительными только благодаря умению зарабатывать деньги. Или за счет того, что заработали их родители! – вспомнив наглое поведение Мирко, Фиби слегка нахмурилась. – Но наша семья… родителям достаточно, что мы не живем в нужде, а к большему они и не стремятся, в этом все дело. Так что мне когда-нибудь предстоит так же строить свою мечту самостоятельно, вот только жаль, вряд ли возможностей хватит на родовое имение с замком. К тому же не всем удается…
       - Верно. Должно быть, я должен чувствовать себя счастливым, потому что сумел исполнить свою мечту, – герцог печально улыбнулся. – Но тогда я еще думал, что все-таки буду жить здесь не в одиночестве… что созданный мной мир, защищенный и безупречной, будет мечтой, которую можно разделить с кем-то. Но, наверное, я не разбираюсь в людях, раз продолжил ошибаться в них снова и снова…
       - Все иногда ошибаются в людях! – припомнив свой собственный опыт, рассеянно отмахнулась Фабиана. Так себе вышло утешение… Но все, о чем говорил Тристольф, настолько походило на невеселые воспоминания о всех разочарованиях: в людях и в собственных чувствах, в жизни и несбывшихся планах… пусть этот тип играет роль – много ли известно о настоящем герцоге, под конец жизни ставшим почти полным затворником? – но создавалось полная иллюзия, что уж он-то понимает, каково приходилось и ей… или что она понимает, каково ему приходилось.
       Познакомиться бы с ним в нерабочее время. Не то, чтобы Фабиану интересовали взрослые мужчины, за исключением, разве что, киноактеров, но ведь о актере и идет речь! Какое это вообще имеет значение, если человек все равно вполне молод и достаточно красив – быть может, она сглупила как раз в том, что обращала свое внимание именно на мальчишек-ровесников, которые могли, как Мирко, иметь финансовое благополучие, но ни гроша при этом не заслужили собственными качествами и умениями. Конечно, артист, который подрабатывает на исторической выставке, не какая-нибудь голливудская звезда, не назвать подобную жизнь большим достижением, но образ герцога оказался передан так характерно – какое уж ей дело до исторической достоверности? – что невозможно было не поверить, что он – именно такой и есть.
       Да и узнать поближе актерские круги было бы интересно. Летом, во время любительской постановки в театре, иметь дело пришлось только со студентами…
       - Все иногда ошибаются, – повторила девушка. – Вам не стоит расстраиваться по этому поводу. Если бы я могла обеспечить себе шикарную жизнь в доме моей мечты, а тем более – в настоящем замке, наверное…
       - Вы остались бы здесь, если бы имели возможность? – чуть напрягшись, уточнил ее собеседник.
       - Спрашиваете! Это самое прекрасное место, где мне доводилось бывать!
       Пожалуй, даже квартира-студия Инопланетянина не могла сравниться с этим замком. И вид с башен на рассвете, должно быть, именно такой же прекрасный, как и за прозрачными стенами небоскребов… вот только моря отсюда, конечно, не увидишь…
       «И правда ведь – ожившая мечта!»
       Тристольф помолчал, задумчиво рассматривая собеседницу светло-синими, очень яркими по контрасту с черной шевелюрой глазами.
       - Если Вы не возражаете, Фабиана, могу я просить Вас присоединиться ко мне в четвертом часу за ужином? Позвольте! – он приподнялся с диванчика, вновь протянув ладонью вверх изящную бледную руку. – Я покажу покои, в которых Вы могли бы подготовиться, в гардеробной Вы наверняка сможете выбрать для себя более соответствующий моменту наряд… Надеюсь, платья не вызовут у Вас суеверных сомнений – никто не носил их ни разу с момента, когда они были сшиты. Хоть я и заказывал их в подарок для супруги, большинству моих жен со временем наскучивали даже самые дорогие и изысканные наряды и украшения, вот и оказывались заброшенными в сундуки.
       Хорошо, должно быть, иметь столько платьев и украшений, чтобы роскошные подарки могли «наскучить»! Похоже, жены герцога были вроде Анны-Лизы – чересчур избалованными возможностями и разучившимися их ценить глупышками!
       Четвертый час… рановато для «ужина», однако школьная экскурсия, конечно же, не задержится в замке до позднего вечера, а так – им же дали свободное время. Уж лучше провести его в компании красавца-актера, столь достоверно изображающего обходительного герцога, чем возвращаться к компании. Вот бы и впрямь представить, что Тристольф – настоящий, действительно каким-то волшебным образом оставшийся навечно в своем любимом замке…
       - Вы так любезны…
       - Оставьте… как я уже сказал, я вынужден проводить здесь вечность в одиночестве, лишь наблюдая за тенями новых времен в приезжающих сюда ненадолго путешественниках, но когда Вы действительно смогли войти – в настоящий замок, а не его тень из Вашего времени, я имею в виду – и увидеть меня…
       Герцог шагнул вперед, распахнув очередную дверь.
       - Мне в какой-то момент показалось, что сама судьба привела ко мне столь очаровательную гостью. Или даже Вы сама, не ведая, искали меня…
       Немногочисленную, но весьма эффектную меблировку просторной комнаты составляла широкая, застеленная какой-то пушистой шкурой, кровать, большое чуть мутноватое зеркало, столик с причудливой резьбой и несколько разной величины резных деревянных сундучков, как видно, заменявших в соответствующий исторический период шкафы.
       - Я приду сопроводить Вас, когда все будет готово к ужину… Если пожелаете, можете осмотреть замок в моем сопровождении, но бродить по коридорам в одиночестве не стоит.
       - Чтобы не войти в каморку на самом конце главной галереи? – зачем-то процитировала Фиби.
       - Что? Мне не хотелось бы, чтобы Вы заблудились, только и всего…
       Запоздало в голову пришло, что герцог Горта умер века за два-три до того, как во Франции начали рассказывать страшилки, еще позже ставшие сказкой о Синей бороде – и, если бы прозвучал уточняющий вопрос, пересказывать, так сказать, суть сюжета человеку, у которого при непонятным – хотя в его случае и естественным обстоятельствам – умерло несколько жен – было бы крайней бестактностью.
       Сейчас Фабиана не сомневалась, что этот человек воспринял бы это столь же болезненно, как если бы и впрямь был герцогом. Актер, несомненно, знал сказку, но какая-либо реакция на еще ненаписанную историю разрушила бы созданный образ. Разве что опять оговориться тем, что он узнает по болтовне туристов на экскурсиях – уж «Синюю бороду» под впечатлением от всего этого вполне могли поминать.
       И даже не осознавали, как было бы за это стыдно, глядя ему в глаза!
       К счастью, ничего переспрашивать он не стал.

С содержимым сундуков пришлось повозиться. Не только из-за открывшегося невероятного выбора и желания перемерить или хотя бы рассмотреть все обнаруженные наряды и украшения, но и потому, что дивно красивые, но тяжеленные расшитые золотом платья оказались настоящей головоломкой… наверняка дворянкам из прошлого упаковываться во все это помогали служанки…
       На миг кольнуло и тут же растаяло сожаление, что здесь нет Анны-Лизы и даже Федерики, пусть ее, чтобы всем вместе поковыряться в роскошных нарядах, заодно помогая друг другу с примеркой. Но – нет уж! Пусть обхаживают своего Мирко, раз он им так нравится, и незачем делиться с ними случайно прикоснувшейся к жизни сказкой!
       Однако к тому времени, как солнце за разноцветным узором витражного окна успело переползти по небу, а в дверь раздался вежливый стук, Фабиана даже трети платьем не успела перемерить, не говоря уж о выборе идеально подходящего. Задержаться бы здесь еще… на какое-то время?
       Кто бы ни готовил и ни накрывал на стол в этом замке, никакой прислуги Фиби так и не заметила. Не сам же герцог… то есть, даже если бы актер, играющий герцога – вряд ли все это было делом рук одного человека. Правда, блюда выглядели странно и непривычно, рассматривать их было гораздо интереснее, чем обедать этим по-настоящему, да и не особенно-то Фабиана чувствовала голод, так что предпочла только из вежливости попробовать несколько наименее непонятных. Вряд ли Тристольф обратил на это внимание, он и сам был гораздо более увлечен разговором. Словно и впрямь восемьсот лет провел без собеседника – а ведь сам заявил, что время в «настоящем» замке не проходит. Время не проходит, а день, тем не менее, клонится к вечеру вполне своим чередом! Слушать его было интересно, уж поинтереснее Вилли, но, втянутая в разговор, девушка сама того не замечая, успела рассказать не только о семье, подругах и – тут, даже если приходилось к слову, стоило быть более уклончивой – о неудачных своих увлечениях и разочарованиях. Слишком все это охотно вплеталось в историю самого герцога, прошлые влюбленности которого оканчивались заметно более болезненными разочарованиями: от первой его любви, отменившей помолвку невесты в те времена, когда он еще был только вторым или третьим наследником за отцом и братьями, и до многочисленных браков с разными женщинами, каждая из которых непременно оказывалась вовсе не той, что он ожидал, быстро теряла интерес к мужу, как бы он ни старался удержать ее чувства знаками внимания и роскошными подарками, а некоторые из супруг и вовсе со временем сходили с ума. Фиби, по крайней мере, не пыталась связать с кем-то всю жизнь прежде, чем понимала, как ошиблась в очередной раз. В довершение всего, не ей одной случайно прыгнула на язык цитата из сказки о «Синей бороде», пусть сказки во времена жизни герцога еще и не было, но судачили о нелюдимом Тристольфе все равно многие. Несомненная ложь – легко было понять, как искренне до самого конца он был привязан к каждой из возлюбленных и какую боль причиняла ему каждая потеря – должна была ранить его еще больнее.
       Да и кто посмеет обвинить в погоне за приданным, когда четверо из его жен происходили из весьма небогатых семей, а трое и вовсе не были дворянками!
       - Раз за разом я надеялся, что могу сделать кого-то счастливой, что могу подарить все, о чем только можно мечтать. Защиту и богатство, любые вещи и драгоценности, любые яства… но рано или поздно начинал слушать одни только упреки, что им в очередной раз чего-то в жизни не хватает!
       - Вероятно, во времена, когда мужчины так трепетно берегли женщин, это воспринималось как должное и совершенно не ценилось! Сейчас мы только и слышим, что все должны знать и уметь сами, какую бы жизнь ни планировали. Хотя избалованных особ в любое время хватает… Вы, вероятно, были чересчур щедры, вот и приучали воспринимать любые блага, как должное.
       - Я любил каждую из них. Любил больше жизни, готов был все сокровища мира подарить в обмен на одну улыбку – разве получилось бы скрывать это? Фабиана… ничто в мире не происходит просто так. Раз именно Вы смогли войти в настоящий замок, преодолев порог между сном и явью, должно быть, сама судьба привела Вас сюда. Вы сказали, что остались бы здесь, если могли, что мой замок – самое прекрасное, что видели в жизни… Так что мешает действительно остаться? По тому, как Вы описали свою жизнь, не похоже, чтобы Вы были счастливы там… позвольте мне попытаться подарить Вам это счастье!
       - Э-э…
       Не отводя пристального взгляда, Тристольф снял с мизинца золотой перстень и положил на стол перед Фиби, чуть отодвинув тарелку.
       - Я думал… не раз с тех пор, как истек траур по милой Бьянке – я то и дело думал о том, какой должна была бы быть девушка, согласившаяся бы разделить со мной этот мир. И вдруг, когда я в очередной раз пытаюсь себе то представить, вижу на пороге своего замка красавицу, какой не видывал высший свет былых времен. Признайтесь, разве Вы не думали, прежде чем войти сюда, о чем-то… особенном для Вас?
       - Д-думала, – косясь на перстень, не стала спорить Фиби. – все это и впрямь выглядит так, словно все мои мечты вдруг смогут сбыться, как во сне. Но Вы едва меня знаете! И мне шестнадцать… то есть, во времени, из которого я пришла, шестнадцать – это совсем еще немного, я не думала о том, чтобы так… сразу…
       - Внешние времена не имеют здесь значение. И, если Вы согласитесь разделить со мной этот мир моей мечты, сделать его нашей общей мечтой - то и сама станете неподвластна никакому времени.
       Почему она вдруг стала воспринимать все это так, словно бы это было всерьез, на самом деле? Вот так и втягиваешься в странную игру…
       - Я была бы счастлива остаться с Вами в таком прекрасном замке, герцог. Но – ведь я не могу просто взять и исчезнуть для всего остального мира! Мои друзья наверняка меня уже хватились, а родители, может быть, едва замечают, что я существую, но если я заявлю, что хочу уйти, чтобы выйти за человека, живущего почти в тысячелетнем прошлом – меня просто сочтут сумасшедшей.
       - Внешний мир сам создаст нужную историю для Вашего «исчезновения». Ведь все настоящее находится только здесь, а история вовне изменчива, непостоянна и найдет, как обогнуть то или иное препятствие. Потому и меня там вообразили умершим. Не пугайтесь, прошу Вас, здесь никто не причинит Вам вреда. Я прошу о вашей… твоей благосклонности, как о величайшей чести для меня… Не все ли равно, что скажут твои родители, сокровище мое? Ты сама недавно говорила, что мечтала бы порвать с обременяющей тебя семьей, если бы тебе только было, куда деться от них – а разве здесь тебя не ждет все, что ты только могла пожелать?
       Встав и обойдя стол, Тристольф и девушку мягко вынудил подняться с места, придерживая ладонями.
       - И, умоляю, если и впрямь ты мечтала о том, что я могу подарить тебе, не заставляй меня больше слышать ни о каких "друзьях"! Я стану тебе другом, а значит, и ты – только моя подруга! Зачем нам нужен кто-то еще? Чем скорее ты забудешь обо всем, что было в твоем прошлом, тем проще будет начать новую жизнь – навечно...
       Отчего-то Фиби, совершенно спокойно недавно воспринявшая факт, что ее собеседник вроде как должен быть уже столетия быть мертв, при этих его словах впервые ощутила пробежавший по коже холодок.
       Золотой перстень матово переливался на столе, словно подмигивая камнем.

Отредактировано Владлена (2015-07-04 18:20:53)

0

8

Часть 8
Земляне бы не хватились пропавшей девушке гораздо дольше, наверное, до назначенного времени общего сбора, а то и пока не настала бы уже пора уезжать обратно – если бы воплотившаяся Леа, продолжавшая при этом видеть других ангелов, не заметила Селестино и не спросила на этот счет у Анны-Лизы. Но ни и без того известная информация о том, что Фиби ушла к автобусу за вещами, ни не особенно активная помощь землян в поисках ничего, в принципе, и не изменили. Поначалу даже Риммон, хотя и должен был, как и Селестино, почувствовать неладное, предположил, что их подопечная, должно быть, просто решила прогуляться по замку – ну, или, рассердившись на подруг и Мирко – специально куда-то спрятаться. Даже с возможностью проходить сквозь стены поиск по замку занял примерно четверть часа и был, хоть и не сказать, что вовсе безрезультатным, но завершился не слишком-то оптимистически. Фабиана нашлась – без сознания девушка лежала на приземистом диванчике в комнате, похожей на гостиную. Само по себе помещение выглядело вполне обыкновенным, но и тут обнаружилось одно «но» – ни одного прохода из той части замка, по которой водили туристов, в коридор, ведущий в эту комнату не оказалось и Леанора, не зная, как привлечь внимание землян, не выдав при этом сверхъестественного вмешательства, еще минут десять металась вдоль стены, за которой коридор и обрывался тупиком, должно быть, замурованный много лет назад! Но не могла же подопечная Селестино пройти сквозь стену, как защищенный экранированием Вечный! Всеобщий пристальный осмотр помог-таки обнаружить и даже активировать скрытый механизм, со скрежетом и подняв облако пыли, но все-таки открывший проход, куда следом за Леа тут же устремились любопытствующие земляне, получившие возможность «случайно» обнаружить пропавшую. Всего этого Селестино не видел лично – он держался рядом с Фабианой, надеясь привести ее в чувство, однако девушка при кажущемся отсутствии каких-либо болезней или повреждений, никак не приходила в себя.
       - Попробуешь поцеловать нашу красавицу, чтобы проснулась, а, пернатый? – несмотря на показное ехидство, в напряженном тоне Риммона уже тоже чувствовалось беспокойство. Проход сюда открывался из зала явно впервые за десятилетия, если не за столетия, как Фабиана, да еще незамеченной пройдя мимо толпящихся в «хрустальном зале» землян и Вечных, могла попасть, по сути, в замурованное помещение?
       Естественно, у подоспевших одноклассников и преподавателей тоже не получилось привести девушку в себя. Между учителями разгорелся спор, вызвать им в замок службу спасения, или самим вести девушку в больницу на автобусе.
       - Не нравится мне все это! – задумчиво заметил Теренс и Селестино едва сдержался, чтобы не огрызнуться на преподавателя. А что-то как будто могло здесь нравится.
       - С Жиневрой в прошлом году вышло еще…
       - Да не в этом дело! – младший Наставник нервно хлопнул крыльями. – Эту девушку нельзя сейчас выносить из замка! Боюсь, если ее попытаются вырвать отсюда сейчас, сознание к ней никогда уже не вернется, оставшись здесь… как в паутине, что ли. Люди бы сказали, что ее душа заблудилась в этом замке отдельно от тела, но душа тут ни при чем. Хотя, если мы не вернем ее в полной мере прежде, чем земляне заберут ее из замка, боюсь, Фабиана может и умереть по настоящему?
       - А ты мог это все рассказать до того, как бараночка навела на девчонку землян? Теперь у нас мало времени! – едко уточнила Скарлетт. Не обращая внимания на коллегу, Теренс мягко оттеснил Селестино и, склонившись над Фабианой, положил ладони ей на виски.
       - Ничего не понимаю… Я чувствую ее, но словно бы и не… ее мысли и чувства работают, словно бы она находится в сознании, но видит что-то не то… или не здесь. Впервые с таким сталкиваюсь.
       - Может быть, ей просто снится сон? – простодушно уточнила Дольче. Взгляды переместились на розововолосую девочку. – Ну… а что еще можно видеть и чувствовать, когда ничего не видишь и не чувствуешь? Только сны!
       - Ури? – выискав среди однокурсников смуглую девочку в золотой одежде, спросил Селестино. – Ты не могла бы помочь мне заглянуть в сознание Фиби… то есть, Фабианы? Может быть, я смогу разобраться, что это за «сны» такие ее здесь удерживают. А вы пока что придумайте способ задержать землян, чтобы они не вынесли тело из замка и не разорвали связь с сознанием окончательно.
       - Но нам нужно специальное разрешение для вторжения в сознания землян! – растерянно возразил Теренс. Ури с каким-то подозрительным смущением прижала крылья. Уже не только Скарлетт, а многие ученики уставились на ангельского Наставника скептически. – Не я это придумал, но ответственность…
       - Пусть отправит нас вдвоем! – предложил Риммон. – Если вторгнутся за раз и ангел и дьявол, то ни у одного из ведомств ведь не будет повода поднимать крик, а я заодно присмотрю, чтобы Тино не вздумал как на нее подсознательно воздействовать! – он с показной свирепостью покосился на противника.
       Поколебавшись, Теренс кивнул.
       - А за землян не беспокойтесь, я им всем сейчас слегка приостановлю время! – заверил профессор Гносис. – Если Омния еще и усыпит сознание, есть шанс, что никто и вовсе ничего не заметит.
       - Никаких усыплений! Что, если замок и их сознания поймает в ловушку? Обойдемся твоим стазисом!
       - Спасибо…
       Селестино и сам точно не знал, к кому именно обращается.
       - Ой, да давайте уже поторопимся! – раздраженно рявкнул Риммон.
       Ури сняла с шеи и вынула из чехла фотоаппарат.

В первый момент после щелчка Селестино показалось, что ничего вокруг и не изменилось, он даже нетерпеливо обернулся, собираясь спросить у Ури, в чем же дело… и обнаружил, что никого, кроме них с Риммоном, в золотистой гостиной больше нет, да и сама обстановка как-то в не сразу заметных мелочах, но все-таки изменилась.
       - Мы перенеслись в ее сон или нет? – пытаясь скрыть не меньшую озадаченность, спросил дьявол и тут же, пренебрежительно передернув широкими плечами, решил выяснить это сам – а то вдруг еще противник решит, будто ему нужны какие-то подсказки! Взлетев, Риммон попытался пройти через стену наружу, в результате громко об эту стену шарахнувшись и с рычащей руганью захлопав крыльями в попытке восстановить равновесие.
       - Похоже, что все-таки да, – сдержав определенно не достойный ангела ехидный тон, заключил Тино и подошел к окну. Вернее, к оформленному как окно побольше выходу на маленький балкончик – обыкновенные окна были и без натянутой между ставнями «сетки» тесноваты для того, чтобы пытаться в них пролезть. Взлетев над замковой башней, Селестино описал широкий полукруг. Возможно, что-то и изменилось в рисунке деревьев на горах и вообще – в окружающем пейзаже, однако ангел не настолько хорошо помнил, каким земля вокруг были раньше, чтобы сравнивать, но вот автобус, доставивший сюда землян, как и обе автосферы, бесследно исчез. Никакого барьера над замком не было видно, только, как ангел не сразу обнаружил, можно было бесконечно пытаться долететь до гор невдалеке, но в итоге получалось только крутиться вокруг замка, словно на невидимой нити. Немного все это напоминало виртуальные миры Комнаты Состязаний… Казалось, никаких признаков жизни или вообще чьего бы то ни было присутствия в окруженном каменной стеной дворе не было… чтобы изучить все внимательнее, Тино спустился ниже, почти к земле…
       Откуда взялись эти тени… то есть, не тени, конечно, а пустые доспехи с неярким мерцанием из щелей – ангел понять не успел и от града летящих стрел и копий, встречаться с которыми при отсутствии экранирования не очень-то хотелось, спас только выскочивший, словно из табакерки, между ним и тенями Риммон.
       - Гром-крылья! – для большей выразительности шарахнув кулаком по ладони, рявкнул дьявол. Всколыхнувшие воздух волны заставили летящие стрелы задрожать и беспорядочно рассыпаться. – Давай обратно, внутрь!
       «Но…»
       Спорить с сориентировавшемся в обстановке явно лучше него самого Риммоном было сейчас не самым лучшим, поэтому Селестино, описав полукруг, над самыми головами… то есть, над пустыми шлемами «теней» пронесся к главному входу в замок, пролетев почти весь холл с гобеленами… и остановился, поняв, что ни тени, ни стрелы их больше не преследуют.
       - Они охраняют двор, но сами не могут проникнуть внутрь? – растерянно заметил ангел.
       - Пошли отсюда! Не хотелось бы узнать, что эти драконы – внутренние стражи! – в место ответа на столь явно риторический вопрос, буркнул дьявол. Тино опасливо огляделся, но, если бы драконы могли ожить и напасть, должно быть, они уже это сделали бы при появлении вторгшихся Вечных. – Шевели лучше крылышками, без возможности проходить сквозь стены нам потребуется немало времени, чтобы разыскать Фабиану!
       Неизвестно, сколько времени профессор Гносис сможет выиграть для них при помощи чар стазиса.
       - Да, верно…и спасибо, что прикрыл меня от стрел.
       - Хочешь меня отблагодарить – больше не упоминай об этом! – досадливо оскалился Риммон.
       Поиски по пустынному замку и правда потребовали времени. Прислуги – даже «теней» вроде стражи во дворе, ангел и дьявол не увидели, однако, судя по состоянию комнат и залов, кто-то очень старательно поддерживал замок в идеальном порядке. Дважды Селестино и Риммон сталкивались между собой, так ничего (и никого) и не обнаружив, собственно, как раз во второй раз оба почти одновременно и уловили где-то между коридорами приглушенные голоса.
       Селестино приложил палец губам, указав глазами в направлении, откуда доносился разговор, на что его противник еще раз скорчил недовольную мину, но все-таки постарался лететь бесшумно. Правда, это все равно не помешало герцогу заметить их, едва лишь стоило заглянуть в небольшой зал, по всей видимости, служащий тут трапезной. Хотя, не считая их подопечной и вскочившего при их появлении хозяина, длинный стол тоже почти пустовал.
       - Ни небесные, ни адские силы не имеют полномочий здесь! – воскликнул черноволосый мужчина, гневно и с затаенным испугом щуря синие глаза. – Зачем вы явились в мой замок?!
       Фабиана безмолвно уставилась на них, широко распахнув глаза.
       - Это ведь сон, верно, значит, и мы тут можем быть кем угодно! – Риммон с обманчивой безмятежностью развел ручищами, правда, его лицо при этом не намного менее свирепо, чем всегда. – Можешь не волноваться, твоя светлость, душа умершего века назад человека, давно уже не способная ни на зло, ни на добро – ни одно из ведомств не заинтересует! Но ты не вправе удерживать в этом сне мою ку… нашу подопечную!
       - Я ни одного гостя не способен удерживать здесь насильно, – уже заметно успокоившись, согласился герцог. – если только леди сама не пожелает остаться со мной.
       - Пожелает остаться? – эхом переспросил Селестино, подлетая ближе к сидящей за столом девушке. Фиби нервно облизнула губы, опустив глаза к столу, на поблескивающий там золотой перстень. – О чем он говорит?
       - Ты… ангел?
       - Ну… ведь мы же во сне.
       - Во сне… Ты был странным все время, сколько я тебя помню, похоже, что все достойные мужчины оказываются то так, то иначе… не от мира сего. Или времени.
       - Но я существую на самом деле! – зачем-то возразил Тино.
       - Станете уверять, будто меня не существует? – с насмешкой уточнил герцог. – Пусть и только здесь… но кому нужен весь остальной мир? Я ведь чувствую, что леди Фабиана считает точно так же, мой замок – воплощенная мечта, где есть все, чего только можно пожелать для счастья.
       - Фиби… твое сознание сейчас отделилось от тела, остальные собираются вызвать «Скорую»… и ты умрешь, если не вернешься раньше, чем твое тело вынесут из замка. Окажешься заперта здесь, совсем как хозяин…
       - Мое… тело?
       - Ты же не чувствуешь себя бестелесной, – герцог качнул головой. – не чувствуешь даже, чтобы что-то изменилось. Стоит ли так бояться этого? Единственное различие – время больше не будет властно над тобой, и ты сможешь жить здесь…
       - …В этом крошечном мире, чуть шире крепостной стены! – закончил Риммон. – Совсем как сам уважаемый Тристольф, прах которого превратился в пыль где-то в подвалах еще сотни лет назад!
       - Я не стал бы покидать свой дом, даже будь у меня такая возможность, здесь есть все, о чем только можно мечтать, чтобы быть счастливым. Теперь – уж точно все! – оттеснив чуть в сторону Селестино, герцог подошел и накрыл руку Фабианы своей. – Теперь… тебе всего лишь нужно решить. Ни я, ни эти существа не в состоянии нарушить чью-либо свободу воли.
       - Пока что он не в состоянии! – оскалился Риммон. – Но репутация нашего черного вдовца как-то намекает на то, что будет, как только ты дашь ему право распоряжаться! Уверена, что древний замок без водопровода и кабельного телевидения – действительно то, о чем ты всю жизнь мечтала, красотка? И от всех этих тряпок и украшений много ли радости, если своих подруг… да и вообще каких-либо гостей, чтобы покрасоваться перед ними, ты здесь никогда не увидишь? Как я помню, этот хмырь и при жизни запрещал даже родственникам своих женушек навешать их…
       - Они скверно влияли… что я могу сказать и о так называемых «подругах»! Неужели… ¬– взгляд Тристольфа, обращенный к Фабиане, стал печальным. – Обладать чем бы то ни было надо лишь затем, чтобы перед кем-то этим хвастаться? Чтобы искать мнения чужаков, неужели восхищения в моих глазах, неужели моего общества недостаточно? Никогда не понимал этого…
       - Вряд ли я буду особенно скучать! – поддержала герцога Фиби. Дьявол растерянно моргнул. – Вся эта жизнь нужна мне не больше, чем я там кому-то нужна! Даже Энни и Рика стали дружить со мной только потому, что я была первой в классе, на кого начали обращать внимание мальчишки, рядом со мной они могли и сами оказаться «в фокусе», но как только приходит время выбирать – они не прочь от меня избавиться. Рика только и делает, что интригует. А никто из этих парней не любил меня по-настоящему… даже ты! – резким движением подопечная указала на Селестино. Ангел нервно встрепенулся.
       - Я… я?
       Герцог, поначалу почувствовавший себя увереннее от слов Фиби, теперь с беспокойным подозрением обернулся к ангелу. Единственный положительный момент ситуации заключался в том, что Риммону, чья попытка напомнить Фабиане о бытовых соблазнах ее родного времени потерпела такое сокрушительное фиаско, было сейчас не до насмешек. Потом, конечно, дьявол наверняка это припомнит, но, если им удастся спасти подопечную, любые неприятности уже останутся незначительными мелочами!
       - Ты только и болтал все время о своем разумном, добром и вечном, а я совершенно не нужна тебе!
       - Конечно же, нужна! Потому я всегда и пытался помочь…
       - Ну да, ты уже говорил. Стать лучше! Немудрено, что даже во сне для такого святоши, как ты, оказался подобный образ… Делал вид, что не замечаешь, что внимание, которое мне нужно – это вовсе не старания воспитателя!
       - Ты… ты сама никогда не знала, что тебе нужно! Потому и связываешься с такими, как этот Мирко! Поэтому и готова влезть в золотую клетку, предложенную этом… этим привидением!
       - Как грубо! – негромко вставил Тристольф.
       - Я пытался помочь тебе увидеть, что в твоей жизни действительно важно! Помочь построить свою жизнь, а не распыляться на вечные старания понравиться кому-то и ожидания, что все желания могут исполниться сами по себе, со стороны…
       - Вообще-то, это я учил, как добиться желаемого! – пробормотал Риммон.
       - По-вашему, я недостаточно делала?
       - Ты так и не поняла, к чему тебе на самом деле стремиться.
       - Потому что ты так решил?
       - Потому что в жизни, предоставленной кем угодно еще, не будет тебя самой. Не будет никаких собственных дел и достижений, которые именно тебе самой оказались бы по душе и по силам, пусть пока ты и не уверена в том, чего хочешь! А даже в прошлом, когда жизнь женщины на Земле считали по определению связанной всеми ограничениями, когда многие мужчины обращались с женами гораздо более жестоко, чем Тристольф, даже тогда – все жены герцога просто утрачивали смысл жизни от его требования, чтобы вся эта жизнь посвящалась исключительно ему! Для них самих просто не оставалось места. Когда ты сама осознаешь, в чем ошиблась, может стать слишком поздно. Здесь – так уж точно окажется. Герцог сказал, что не может удерживать в замке гостей, но ничего не говорил о свободе твоей воли, если ты согласишься остаться. И… в чем ты точно ошибаешься – ты очень мне нужна!
       - Нам! – опять недовольно уточнил дьявол.
       - Эти двое – просто проводники твоей души, любовь моя, – устало сказал герцог. – они, безусловно, дорожат тобой, иначе и быть не может, но они могли бы быть проводниками любого другого смертного человека, не стоит выдавать это за что-то личное.
       - Ангелы не лгут!
       - Ну да, так сами ангелы и утверждают. Что ж, я уже предложил все обдумать. Надеюсь, тебя не слишком напугали эти откровения о разрыве тела и сознания, в конце концов, это не из тех потерь, что можно действительно почувствовать. Они говорят правду, оставшись со мной в моем замке, ты не сможешь уже больше его покинуть. Мир мечты, который я смог сам для себя создать, не настолько велик, так что весь остальной мир отсюда словно иллюзия. Но я могу сделать все, чтобы желания куда-то уходить никогда не возникло, обещаю.
       - Фабиана уйдет отсюда вместе с нами! Со мной! – решительно возразил Селестино, обратив на себя сразу три недоуменных взгляда. – По правилам или нет, я лучше получу отстранение, в конце концов, я и так не лучший Хранитель, что мог бы у нее быть, чем позволю ей умереть из-за какого-то не желающего признавать себя мертвым привидения! Думаешь, душа может действительно жить в каменном здании? Ты всего лишь свое собственное воспоминание, сон, который продолжаешь видеть в то время, как тебя самого давно уже нет. Разве не поэтому души всех пленниц этого замка не оказались здесь?
       - Они не захотели, – потухшим голосом ответил Тристольф. – Ни одна не пожелала остаться здесь со мной, а у меня было право распоряжаться их жизнью, но и не более того – порой мне кажется, что все они сами хотели умереть, специально, из желания покинуть меня… Как вы и говорите, они воображали себя пленницами. Но что за интерес такой Хранителю идти против правил? – вскинув голову, герцог уставился на Селестино сузившимися глазами. – Ты уверял, что не можешь лгать… но так же я знаю и то, что ангелы любить людей не способны.
       - Вы заблуждаетесь. Ангелы способны любить в людях душу, – мимо герцога глядя прямо на Фабиану, отозвался Тино. – так что объектом для влюбленности я и впрямь был неподходящим. Оттого и не смел обещать невыполнимого в реальности. Но Фиби – человек, достойный большего, и способный на большее, чем просто стать чьей-то драгоценной куколкой, даже если она сама еще не поняла этого!
       - Я обещаю лишь то, что могу предложить, а ты что можешь, кроме как давать добродетельные советы?
       - Перестаньте! – Фабиана убрала ладонь со своей руки и встала из-за стола.
       - Ты ведь не бросишь меня из-за того, что они наговорили? Я… я умоляю, я так устал снова и снова оставаться совсем один!
       - Нет! Да… слушайте, я не могу думать, когда мне заявляют, что я должна вдруг взять и решить на всю оставшуюся жизнь… или смерть – и от этого решения все будет зависеть! От понимания, что я могу умереть, пока пытаюсь думать, знаете ли, не становится проще! Я… я…
       - Просто скажи, чего ты желаешь! – герцог прижал руку к сердцу.
       - Ты говорил, что время здесь не имеет значения…
       - Ах, это… Не знаю, сможешь ли ты сюда попасть второй раз, после того, как покинешь сон, в который тебя именно сейчас привело сердце. Особенно, если теперь сомневаешься. Не знаю даже, будешь ли ты помнить что-то при пробуждении. Возможно, не пожелав остаться со мной сейчас, ты никогда уже не вернешься. Тот мир так же перечеркнет право выбора, не позволив больше вернуться из реальности в мечту.
       - Никто никогда не говорил мне, что я способна на большее! – мотнув золотыми кудряшками, Фабиана шагнула вперед, остановившись прямо напротив Селестино. – Никто по-настоящему в меня не верил! Даже если ты тоже просто часть сна, если ты действительно говорил именно это… тогда, раньше, а я просто не могла понять.
       - На что бы ты ни была способна, никому в реальности не получить всего того же, что я создал в своей мечте. Ни в одно из времен.
       - Простите… наверное, лучше разочароваться друг в друге раньше, чем слишком поздно! Я ухожу.
       Нахмурившись, герцог махнул рукой, прочертив алую дугу длинными рукавами верхней одежды.
       - Что же, как я и говорил, никого из своих гостей я не в силах удерживать насильно. Ты можешь уйти, когда вздумается, любовь моя, но к вам двоим – вторгшимся в мой дом без приглашения – это не относится!..
       Створки деревянных дверей с шумом распахнулись, впуская в зал пару дюжин «теней» в пустых мерцающих доспехах. Риммон, оскалившись, активировал Гром-крылья, готовясь в любой момент вступить в схватку, а испуганная Фиби прильнула к Селестино, заключив ангела в объятья.
       - Пора просыпаться, принцесса! – с улыбкой склонив голову, Тино коснулся лба подопечной губами.

0

9

Часть 9
Признаться, Риммон и без того уже был выбит из колеи тем, что привычные соблазны, всегда безотказно действовавшие на Фабиану, в этот раз не заставили девушку даже задуматься над происходящим, зато та невнятная чушь, которую нес Селестино – а ЧТО, собственно, он вообще сказал важного или значительного? – вдруг заставила ее передумать, но этого пернатому оказалось мало! В тот самый момент, когда дьявол уже рассчитывал на драчку с «тенями» в доспехах: насколько он знал о боевых способностях противника по Комнате Состязаний, вдвоем у них были все шансы справиться с призрачной стражей – мир вокруг внезапно переключился с почти слышимым щелчком, и вот они в компании всего остального класса опять стоят в «золотой гостиной», а его противник, низко склонившийся над лежащей без сознания подопечной, только успевает приподнять голову.
       - Не припомню, чтобы соглашался позволить тебе бытовое благословение! – кисло напомнил Риммон. – Что за пернатые в этом потоке, вечно лезут целовать кого ни попадя!
       - Она не знала, как может проснуться, – Тино запоздало посторонился, так, что рванувшиеся к приоткрывшей глаза Фиби подруги и светловолосая преподавательница все равно частично прошли сквозь него. Ну что ж, по крайней мере, экранирование вернулось. – А мы не могли тратить время еще и на эти доспехи!
       - Какие еще «доспехи»?! – вдруг напряженно спросил Сульфус.
       - Обычные… Ну, то есть, пустые доспехи, судя по всему, служащие стражей по воле герцога Тристольфа. А в чем дело?
       Но Сульфус, расслабившись, отвернулся, не желая удостаивать ответом.
       - После возвращения в Золотую Школу объяснится! – отрубила Скарлетт, в полглаза наблюдая, как земляне хлопочут вокруг пришедшей в себя, но все еще заметно заторможенной Фабианы. – Заодно и расскажете оба, что тут за чепуха такая творилась!
       - Похоже, наш «черный вдовец» и после смерти не расстался с надеждой найти себе подходящую спутницу ж-ж… существования! – Риммон развел руками. – К счастью, красотка передумала, как только поняла, что это грозит ей самой смертью в реальности.
       Он покосился на противника, но Селестино было явно не до вольной трактовки произошедшего. Возможно, он и сам ничего толком не мог объяснить. Проклятый герцог, вероятно, как-то сумел тронуть их подопечную всеми этими разговорами о своем одиночестве и мечте о настоящей любви – очередной настоящей – что доводов Фиби просто не слышала, зато, стоило Тино приняться со своими ясными глазками уверять, как сильно она нужна им… или ему?
       - Я не стану подавать жалобу на твое несанкционированное благословение только потому, что нашу подопечную подобный трюк уж точно не заставит повернуться к свету! Кроме того… Так значит «ангелы способны любить в людях душу»? – ехидным шепотом уточнил Риммон, поравнявшись с противником, когда они уже летели к автобусной стоянке, чуть поотстав от покидающих замок землян. – Интересно, Рейна эта ваша тоже так считала?
       Но Селестино оказался слишком погружен в какие-то свои мысли, чтобы реагировать на подначку, и разочарованный Риммон вернулся в дьявольскую стайку, где Лолачка с явным нетерпением ждала подробностей и нюансов произошедшего. Легко сказать, когда толком и не понимаешь, что произошло!
       - А с Анни все сорвалось! Я все идеально подготовила, отвлекла Федерику в нужное время, но куколка так и не заговорила с Мирко, представляешь? То есть, он ей, конечно, не так уж особенно нравится, но она же твердо решила на сей раз подружкам не проигрывать! Представляешь?
       - Угу…
       - Как ты думаешь, замок и впрямь не сохранил никакой памяти об умерших женах герцога? Или они там, но самому Тристольфу что-то мешает увидеть или почувствовать их присутствие? Сомневаюсь, что он забыл их после смерти…
       - Вот только поиском еще каких-то привидений я там и не занимался! – огрызнулся Риммон. Чего тут мусолить, когда и рассказать-то нечего?

Неприятное предчувствие оправдалось уже в понедельник, когда Фабиана на утренней перемене с улыбкой бросила перед Мирко деньги за билет на экскурсию, в ответ на скептически приподнятую бровь прощебетав благодарность за то, что «согласился одолжить ей их». Поскольку дело происходило на глазах нескольких классов и, разумеется, ее подружек, золотому мальчику потребовалось несколько секунд, чтобы справиться с растерянностью.
       - Неужели ты передумала?
       - Этот спектакль с магазином, конечно, казался поначалу неплохим поводом, мне и правда казалось, что ты ждешь случая сблизиться, но, думаю, это не тот вариант быть рядом, что мог бы меня устроить! – скосив глаза и картинно накручивая локон на палец, заверила красотка. – Никто не скажет, будто я не дала тебе шанса, но, знаешь, предложи ты мне фамильный замок с персональной сокровищницей – и то глупо было ожидать, что девушка вроде меня станет чьей-то игрушкой!
       При всех различиях внешности, должно быть, Риммон в этот момент выглядел столь же заторможенно-ошарашенным, что и блондинчик-землянин. То есть, вранье и высокомерное поведение Фабианы, конечно, не позволяли заподозрить, будто жульническое благословение Селестино заставило ее что-то всерьез переосмыслить, но направление, в котором она сейчас сворачивала, дьяволу совершенно не нравилось. Дьяволу трудно порицать гордыню, но подопечная же уже решила, что в борьбе за парня с подругами все средства хороши! И на что же теперь Фиби собирается купить себе платье?
       - А мне-то показалось, ты в восторге от подобной роли! – с затаенной кислинкой откликнулся Мирко. – С таким энтузиазмом ее приняла, что даже чуточку утомила своей назойливостью. Что ж, я попытался быть любезным.
       - Стоит пытаться лучше, иначе упустишь не только Серену!
       Блондинчик хотел было брякнуть насчет «очередности», по, вовремя припомнив, что пообещал запасной вариант двум из трех сидящих рядом девчонок, вовремя прикусил язык.
       - О, от моего приглашения точно никто не откажется! – царственно поднявшись со скамейки, Мирко направился мимо девушек к фонтану в центре площадки, возле которого симпатичная, словно ведьмочка, темно-рыжая девчонка классом младше тщетно пыталась подбодрить мнущегося лохматого паренька, над головой которого под кольцеобразным куполом о чем-то переругивались Сульфум и его противница Раф. Кажется, их подопечной что-то пытался сказать рыжуле, но не мог собраться с духом, а Помощники пытались подбодрить – каждый на свой манер. Приближение Мирко спокойствия не прибавило.
       Три подружки проводили блондина молчаливыми взглядами, но за развитием беседы следить не стали.
       - Я все правильно поняла, Мирко тебя больше не интересует? – приглушенно, почти не размыкая губ, протянула Федерика. Фиби дернула плечиком.
       - Я слишком хороша, чтобы бегать за парнем, пора бы напомнить, что это он должен быть заинтересован в моем внимании, а не наоборот!
       - Только вот он сам, похоже, об этом и не догадывается! – снова незаметно косясь на блондина, под негодующее пыхтение одноклассника распускающего перед рыжей Сереной хвост, пробормотала Рика. – Сдалась же ему эта мелкая! Наверняка прицепился к ней только потому, что она нравится Даниэлю! Похоже, хвалить иногда нашего гения автомеханики недостаточно, надо и у него вызвать интерес, чтобы Мирко в знак протеста принялся обхаживать!
       - Ты же не предлагаешь соблазнять Даниэля! – ахнула Анна-Лиза.
       - Еще чего не хватало! Отвесить пару комплиментов – одно дело, но всерьез связываться с таким чучелом… п-ф-ф! От него же машинным маслом несет! – похоже, Риммон беспокоился зря, с его малышкой все было в полном порядке.
       - Не нужно никакого Даниэля! – Рика стукнула ребром ладони по другой руке. – Просто придумаем, как бы избавиться от Серены до бала! Если, конечно, вы обе в деле? – бледно-синие глаза исподлобья сверкнули взглядом в сторону Фабианы. – Чтобы Мирко как-нибудь пришел к мысли, кому именно из девушек он сам должен оказывать знаки внимания!
       Фиби равнодушно кивнула. Наверняка заметила издевку в последних словах, но вряд ли догадалась, что Федерика именно себя считает стоящей в очереди сразу после Серены. Их обеих определенно ждет сюрприз, если с рыжей у Мирко все-таки не выгорит!
       - Но девочки! – неуверенно попыталась возразить Анна-Лиза. – Может быть, Серена просто пойдет на бал с Дэном, кажется, она действительно ждет от него приглашения!
       Обе подруги покосились на долговязую блондинку со снисходительной жалостью.
       - Даже если она и не одумается… то есть, не передумает – хотя, вот ты всерьез предпочла бы Мирко какого-то недотепу, а?
       Анна-Лиза в панике замотала головой.
       - И придет с Дэном, то все равно на протяжении всего бала будет мозолить глаза. Нет, избавиться от нее надо в любом случае!
       Дьявол незаметно перевел дыхание. Что же, все идет, как и шло, наивно со стороны пернатого было надеяться, а с его собственной стороны опасаться, что пережитое приключение, теперь уже окончательно превратившееся в яркий, но постепенно забывающийся сон, заставит их подопечную что-то в своем отношении к жизни изменить. И вот: Рика все так же подбивает всю троицу на какую-нибудь пакость, а чуть позже с ней есть шанс гарантированно рассориться, как только всплывет обещание Мирко им обеим, и Даниэль… а не такая уж плохая идея для Фиби – попытаться влюбить в себя этого простачка, уж тогда Мирко точно в лепешку расшибется, лишь бы победить в воображаемом соперничестве! Стоит подкинуть ей идею, что, если уж Серена не придет на бал, то можно и потерпеть какое-то время «запах машинного масла» ради потенциальных бонусов. Не похоже, правда, чтобы Дэна она привлекала, но для такой хорошенькой куколки не вопросом должно быть завоевать простачка… А Селестино еще и сглупил, добавив ей шансов на благоприятное развитие событий!

0

10

Эпилог
Как далеко вокруг ни простиралось бледнеющее огромное небо, в ледяной декабрьский рассвет еще не окрасившееся из серо-стального в какой-нибудь цвет, восходящего солнца все еще не было видно за горной грядой, только дальние пики словно бы окружила еще не золотая и даже не розоватая светящаяся дымка, а море, простирающееся с противоположной стороны, уже заиграло бликами ближе к горизонту. Городок и прибрежные зоны пока еще оставались плотно укутанными тенью от гор, словно бы упрямо кутались в теневое одеяло, прячась от прохлады зимнего утра. Там, в низине у самого побережья, конечно, и на третью неделю декабря было не особенно-то холодно, а иногда и всю зиму удавалось проходить, только набросив поверх привычной одежды легкую куртку – чего нельзя оказалось сказать о каменном «балкончике» высоко в пригородных горах. Холод пробирал до самых костей, а Фабиана даже представить себе не могла, что с ней сейчас было бы, выиграй она тот спор в спортивном магазине, где девушка упрямо не желала покупать мешковатую не приталенную куртку, на которой настаивал ее спутник и в которую Фиби теперь тщетно старалась как можно плотнее укутаться.
       Последний раз она так радовалась, что не сумела настоять на своем…
       … да еще вчера, во время восхождения на эти горы – по похожему поводу с так же купленными отвратительными на вид ботинками. Ну, ладно, не настолько отвратительными, сколько непривычными и чуждыми ее стилю, но все-таки! Многовато признаний чужой правоты для ее привычек. Впрочем, сам по себе двухдневный поход в горы – не считая того случая, когда они вынужденно застряли в прошлом году с автобусной экскурсией – тоже был чересчур для ее привычек. Еще вчера Фабиана только и делала, что поражалась, как вообще позволила себя на такое сумасбродство уговорить, и думала, что поражаться будет до самого окончания путешествия! Нет, ну подумать только – потратить выходные на эти горы, да еще в такое опасное время года! Но…
       Отведя взгляд от постепенно приближающейся к берегам полосы яркой ряби от невидимого солнца, от тающего теневого покрывала над простирающимся внизу городом, из которого уже выныривали крыши небоскребов центрального квартала, отсюда кажущиеся такими же далекими и прижатыми к земле, Фиби украдкой покосилась на стоящего рядом парня и, случайно встретив взгляд, слегка нервно улыбнулась… клацнув зубами в самый неподходящий момент.
       - Я предупреждал, в это время года тут довольно прохладно.
       Фабиана хотела было ядовито возразить, что «прохладно» и «адская холодина» в ее понимании вовсе не тождественны, но портить момент шпильками совершенно не хотелось. Девушка покрепче прижалась к спутнику, положившему руку на ее плечи, и снова стала смотреть на город и искрящееся море внизу. Легкие облака слабо порозовели… Немного странно было, что наступление рассвета оказалось проще во всей красе отследить, глядя при этом на запад, когда позади только режут глаз разгорающиеся золотистым горные зубцы.

Они познакомились на «форс-мажорных каникулах», которые Фабиана назвала бы внеочередными, если бы в прошлом году Золотую Школу не закрывали на несколько дней ремонта после неожиданного землетрясения, довольно локального и не сильно повредившего город, но отчего-то больше всех поразившего сейсмологов, газеты потом еще долго пестрели недоуменными статьями, а ученые и обыватели соревновались в теориях и предположениях вплоть до самых невероятных. И вот, чуть больше года спустя, многострадальную школу постигла еще одна катастрофа – на сей раз в «лице» более банального пожара из-за замкнувшей проводки. И Фабиана бы только порадовалась возможности неделю, а то и две отдохнуть от учебы, но, вот беда, этот дурацкий пожар случился именно во время танцевального вечера, когда почти все ученики оказались в здании – пришлось тогда натерпеться страху! Как и при землетрясении, им снова повезло отделаться, пусть и не легким, но все-таки испугом, да мелкими травмами у некоторых запаниковавших – далеко не самое страшное, чего можно ожидать что когда коридоры охватывает огонь, что когда готов обрушиться на головы потолок! Оставалось только надеяться, что следующий год в выпускном классе обойдется без происшествий!
       Впрочем, бал и без того не оправдал возложенных ожиданий. Лишь немного тогда утешало, что не лучше дела обстояли и у Федерики…
       Рика, впрочем, на незапланированных каникулах – не иначе как от совсем одолевшего безделья! – неожиданно втянулась в какую-то благотворительную деятельность, быстренько организовав в помощь и Анну-Лизу и даже Мирко, которому, как обычно, любой способ оказался хорош покрасоваться финансовыми возможностями! Фабиана, отказавшаяся участвовать в этой бестолковой показухе, слегка обособилась от компании, поначалу порадовавшись даже, что теперь времени будет хватать на все собственные дела, но постепенно все же слегка заскучав. К тому же Рика наверняка затеяла все это в очередной попытке сблизиться с Мирко! Не заяви Фиби раньше, что больше не собирается сама бегать за парнем, уже на четвертый день она предпочла бы вернуться в компанию, но теперь это выглядело бы как сданная позиция. А Мирко, что особенно возмущало, оказалось безразлично, обращает на него внимание девушка или нет! Ну, не было на балу этой Серены – а в итоге блондинчик на балу танцевал сперва с какой-то незнакомой выскочкой, а потом – до самой пожарной сигнализации – и вовсе с простушкой Катериной! Попытавшуюся было возмутиться Рику в итоге «случайно» облил соком какой-то рыжий жирдяй (Фиби заметила и то, что до того он о чем-то болтал с Кати в сторонке, и как подмигнул поверх кудрявой рикиной макушки, но подруге, в ярости удалившейся приводить в порядок платье, ничего не стала говорить), а потом всем и вовсе стало не до того.
       Кажется, о чем-то таком Фабиана и размышляла, проходя через парк, когда ее возмутительным образом едва не сшибли с ног мячом. Девушка покачнулась на каблуках, нелепо взмахнув руками, а едва восстановив равновесие, злобно зашипела на подбежавшего с извинениями высокого смуглого парня.
       - С вами все в порядке? – сквозь облако испуга и злости голос показался слегка знакомым, но сразу Фиби не обратила на это внимания.
       - Что со мной может быть в порядке, когда всякие криворукие бес!.. Э-э… Александро? – Фабиана растерянно моргнула. Смуглое слегка «лошадиное», но довольно симпатичное лицо паренька растерянно вытянулось. – А ты что здесь делаешь?
       Для ее одноклассника – милого, в общем-то, парня, хотя и недостаточно яркого и популярного на вкус Фиби – пожар, оборвавший школьный бал, обернулся по-книжному романтической историей, позволившей чересчур застенчивому паиньке все же сблизиться с такой же тихоней – Глорией. Наверняка внеплановые каникулы эти двое, с самого начала года украдкой друг на друга посматривавшие, но не решавшиеся заговорить, должны были потратить на то, чтобы получше друг друга узнать, а уж на игру в мяч Глорию вряд ли бы потащили, тем более, со своей приятельницей, пацанкой Лю, как доложила охочая до сплетен Анна-Лиза, Алекс примерно тогда же поссорился. Не похоже не него, если девушек так оперативно поменяли местами!
       - О! – на секунду Фабиана решила, что теперь и Александро ее узнал. В целом, она хорошо относилась к пареньку, у которого, к тому же всегда можно было списать, пусть даже заинтересовать первую красавицу именно как парень Алексу и не светило… Но продолжение фразы снова вызвало легкую оторопь. – Вы знаете моего брата? Я лично видел только двух его одноклассниц… Не считая Катерины, конечно.
       Как выяснилось, Франческо, хоть и выглядел на первый взгляд почти точной копией Алекса, был старше братца на полтора года и уже учился в техническом колледже по спортивному направлению (как-то Фиби полюбопытствовала, не учится ли новый знакомый вместе с Ремом, но Франческо не вспомнил никого, обладающего бы столь запоминающейся внешностью). Поначалу казалось, что говорить с ним особо не о чем: ни спортивные игры, ни все эти походы и карабканья по горам Фабиану никогда в жизни не интересовали – но от скуки, оказавшись отделенной от подруг, она решила продолжить знакомство – так, просто чтобы занять время… И вот – опомниться не успела, как не просто не прекратила встречи, когда восстановленная после пожара Золотая Школа снова открылась для занятий, но и, вот, как-то позволила себя уговорить на эту безумную вылазку в горы с попутным приобретением этих безумных шмоток! И почему-то эта немыслимая уступка совсем не вызывала сожаления. Не только потому, что в привычной себе одежде девушка бы в этих горах, наверное, вообще не выжила… не получалось сожалеть о самой вылазке, которая должна была бы быть пустой и утомительной тратой времени! Не получалось, несмотря ни на холод, ни на не самые комфортные условия привала, ни на сломанный вчера во время подъема ноготь, ни на усталость из-за необходимости тащить рюкзак с вещами – пусть даже и на треть уступающий размерами тому, что захватил Франко! Благодаря занятиям в спорт-клубе, Фиби не жаловалась на физическую слабость, но никакой парень, кроме, собственно, спортивного тренера раньше не осмелился бы потребовать, чтобы она сама тащила что-то тяжелее косметички! Даже со стороны Мирко требование принести сумку было возмутительным до слез, но почему-то она совершенно не могла так же злиться на нового знакомого. Не вспомнить уже, когда раньше Фабиана вообще видела мир таким ярким! Как в прошлом году с Селестино приобретали какое-то странное очарование все эти музеи и развалины, в жизни бы не заинтересовавшие ее саму, так и рядом с Франческо неожиданно заиграли невероятными красками – совсем как это искрящееся предрассветное море – утомительные и бесполезные занятия. Хотя с чего бы, казалось, обычному пареньку, да к тому же и копии ее одноклассника, который Фиби никогда не привлекал, быть столь же воодушевляющим, что и загадочный красавец «небожитель»?
       И этот рассвет…
       - Как будто взглянуть на город с небес! – едва слышно прошептала девушка. Даже пентхаус на самом высоком из городских зданий не открыл бы им такой головокружительной высоты и такого бескрайнего неба! Хотя, наверное, условия в нем и были бы комфортнее…
       - Я был абсолютно уверен, что тебе понравится. Странно, конечно, сам не знаю, с чего взялась подобная уверенность, если ты никогда раньше не увлекалась путешествиями в горах…
       "Да и не похожа совсем на девушку, которая могла бы увлекаться..."
       - Я и представить себе не могла, что могу увлечься. Вернее, и я и сейчас не слишком это представляю…
       Как бы не захватывала дух картина перед ними, это все еще было слишком странно.
       - Не беспокойся! Я могу позаботиться о безопасном знакомстве с горами, чтобы ты смогла уже решить, увлекают они или нет!

0

11

Я тут села пересматривать диснеевские "Чудеса на виражах" и, как оказалось, в детстве точно видела серию "Ее шанс на мечты", где Ребекка увлеклась джентльменом, оказавшимся в итоге призраком и капитаном разбившегося корабля, а когда она, не зная этого, призналась о своих мечтах, галантный призрак решил их воплотить и взять Ребекку с собой на "летучем голландце" в бесконечное путешествие - но остальные герои напомнили ей, что дома дочка осталась, поэтому Ребекка все же решила вернуться. Что самое смешное - серию я сразу узнала при просмотре, но при этом совершенно не помнила осознанно)))

0

12

О, я такой серии вовсе не помню. Но на задворках в принципе чего только не откладывается :)

0

13

Ну, я вспомнила только при пересмотре, так-то думала, что помню только факт просмотра сериала с медведями на самолетах)))
http://www.mywherehaus.com/images/large/BOOKSDISNEYTALESPINlargeDSC01255.jpg

Отредактировано Владлена (2015-11-24 14:28:05)

0


Вы здесь » Angel's Friends ● Друзья Ангелов » Фанфики » Ах, если бы мечта сбылась!